 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Если бы не Денин, мы просто спрятались бы и переждали, пока они улетят. Но теперь
нам нужно было освобождать Денин. И не позже, чем через двадцать дней.
Двадцать стандартных дней это приблизительно 23, 7 местных суток. - Ты лучше
знаешь эту планету, - сказал папа. - Что бы ты сделал теперь?
- Не знаю, насколько это выполнимо, - ответил я. - Похоже, надо захватить один из
истребителей, чтобы мы могли прилететь на корвет и чтобы нас при этом не взорвали.
Один из нас поведет катер, будто захваченный. В истребитель и катер посадим
норманнских воинов и захватим корвет. Потом сотрем все программы, указывающие путь
к цивилизованным мирам, и отдадим корвет норманнам в качестве платы, а сами вместе с
Денин улетим на катере. Полетим куда-нибудь, где нас не ищут. Может, на Эвдаш.
Возьмем новые имена и начнем сначала.
Но, уже заканчивая говорить, я потерял всякую надежду, потому что каждая ступень
моего плана казалась совершенно невыполнимой. Как захватить корвет? Даже если мы
туда проникнем, он ведь полон вооруженными полицейскими. Мечи против бластеров -
это ведь безумие!
Но папа кивнул.
- Трудно для исполнения, - сказал он, - но не хуже любого другого плана, какой сейчас
можно предложить. Давай пока отложим. Поговорим после еды.
Мы поели и снова вернулись к плану. С нами был и Бабба. Он охотился в ближайшем
лесу - Бабба предпочитает свежий завтрак, - но вернулся, уловив, что мы встали.
Конечно, только я мог разговаривать с жителями планеты, поэтому мне приходилось
переводить слова Арно и папы. А это совсем не так легко. Одно дело понять сказанное, и
совсем другое - быстро перевести на другой язык, не утратив при этом и не изменив
значения.
Но вообще-то больше всех говорил я. Я рассказал Арно о корвете и трех истребителях.
Конечно, я ничего не говорил ему о других планетах. Сказал, что нам с папой нужна
помощь, чтобы захватить корвет и вернуть мою сестру, что если бы он смог набрать
тридцать-сорок рыцарей и сержантов, мы смогли бы их использовать. А в качестве платы
мы отдадим им корвет - я называл его небесным боевым кораблем - и истребители.
Трудно сказать, о чем думал Арно, но он стал особенно внимателен, когда речь шла о
том, что корвет будет их платой. По большей части он сидел молча, поджав губы и
задумавшись. Я посмотрел на его правую руку, полураскрытая ладонь лежала на колене.
Рука казалась слишком большой для тела его размера. Я видел толстый слой мозолей,
твердых и потрескавшихся. В целом Арно представлял собой живую смертоносную
машину в сто восемьдесят фунтов весом.
Я продолжал переговоры. - Небесный боевой корабль гораздо больше катера, -
говорил я. - Может, больше любого корабля, какой ты видел. С ним ты станешь королем
Сицилии за неделю. Если захочешь, станешь королем всего христианского мира. Легко
прогонишь сарацин из Святой Земли. Никакая крепость, никакая, даже самая большая
армия не устоит против тебя. Тебе даже не понадобится много убивать, если ты не
захочешь.
Он встретился со мной взглядом. - Если у вас есть такие могучие корабли, - спросил
он, - почему мы о них не слышали раньше? Почему вы не завоевали нашу землю?
- Мир гораздо больше, чем ты можешь себе представить, - ответил я. - Гораздо больше.
Между моей землей и вашей множество стран и большие расстояния. Наш народ слышал
лишь легенды о христианском мире, и у него хватает своих забот. Хотя, конечно, для вас
было бы хорошо, если бы военный корабль не вернулся назад и не рассказал об
увиденном.
Все это в основном правда. Здесь словом "мир" обозначают и эту планету, и всю
вселенную. Но, судя по словам брата Оливера, для них это одно и то же.
Несколько секунд он сидел молча, размышляя. - А как же доставить на борт корвета
тридцать-сорок вооруженных рыцарей? - спросил он. - Катер для этого слишком мал.
