 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
В следующие полчаса им повстречались еще два. Снова заполыхали молнии, и начали
падать камни размером с кулак Таннер свернул с дороги и въехал в рощу, под кроны
высоких деревьев. Небо совершенно потемнело, стало черным как смоль, потеряв даже
голубоватое свечение.
Они ждали три часа, но буря не утихала. Один за другим погасли четыре обзорных
экрана, а пятый показывал только мрак под колесами. Последнее, что увидел Таннер,
было колоссальное расщепленное дерево с надломанной макушкой. Оно раскачивалась из
стороны в сторону, готовое вот-вот упасть. Несколько раз что-то с ужасающим треском
разбивалось над их головами, и машина тяжело содрогалась. Крыша в трех местах
глубоко прогнулась. Освещение потускнело, затем опять вспыхнуло. Из радио теперь не
раздавалось даже шума.
- Плохо дело, - проговорил Таннер. - Да.
- У нас есть один шанс, если переживем бурю. - Какой?
- В багажнике два мотоцикла. Они откинули сиденья, курили и ждали. Через
некоторое время погас свет.
Ураган бушевал весь день и половину ночи. Они заснули внутри искалеченной
машины, и та их защитила. Когда немного стихло, Таннер приоткрыл дверцу и выглянул
наружу.
- Подождем до утра, - сказал он. Корнелия взяла его за руку, и они опять заснули.
15
На рассвете Таннер прошлепал по грязи через нападавшие ветки, камни и дохлую
рыбу, открыл багажник и снял с креплений мотоциклы. Он проверил их и залил баки
горючим.
Потом пролез в машину и снял заднее сиденье, под которым лежал наглухо
завинченный алюминиевый ящик - его груз. Таннер подхватил его и отнес к своему
мотоциклу.
- Здесь лекарство? - спросила Корни. Он кивнул.
- Уж не знаю, как оно хранится, может, даже охлаждается, но ящик не очень тяжелый,
его можно поставить на мотоцикл сзади. Возьми в одном из отделений ремни, и где-то там
бумага, моя амнистия. Большой плотный конверт.
Она все достала и помогла укрепить ящик на мотоцикле. - Придется ехать медленно, -
сказал Таннер, когда они выкатили машины на дорогу.
Он закинул за плечо винтовку, натянул перчатки и завел мотор. Она сделала то же
самое, и они бок о бок поехали по шоссе.
Примерно через час навстречу прошли две автомашины. Сидевшие сзади дети
прильнули к окнам и проводили мотоциклистов долгими взглядами. У водителя второй
машины под мышкой висела кобура.
В розовом небе за решеткой угрожающе-мрачных полос поднималось серебряное
солнце. Оно было тусклым, но Таннер все равно надвинул на глаза защитные очки. У
подножия холмов лежал туман, воздух был влажным и прохладным.
Дорога стала заметно лучше. Таннер ехал, погрузившись в мысли о Бостоне.
Около полудня сквозь шум моторов донесся выстрел. Сперва Таннер решил, что ему
послышалось, но выстрел повторился. Корни вскрикнула, свернула с дороги и врезалась в
булыжник. Таннер инстинктивно пригнул голову, резко затормозил, съехал на обочину,
прислонил мотоцикл к дереву и бросился на землю.
Он стянул с правой руки перчатку и сполз в канаву. Оттуда была видна Корни. Она
лежала без движения, и на ее груди была кровь.
Стреляли откуда-то из-за холма, и ему показалось, что он заметил ружейный ствол.
Таннер снял с плеча винтовку, выстрелил и сразу же отполз влево. Ответная пуля
