 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
как вы услышали крик, Шон? " "В первые несколько секунд - ничего, - ответил
О'Лохлейн. - А потом из своих комнат вышли присутствующие здесь коллеги".
"Из каких комнат? "
"Из комнаты Нетли Дейла слева, а лорда Джона Кецаля справа от комнаты сэра
Джеймса, если я не ошибаюсь".
Нетли, сцепив пальцы и справившись таким образом со своими нетрезвыми
мотыльками, сказал:
"Верно. Совершенно верно". Лорд Кецаль просто кивнул. "Лорд Джон Кецаль, -
проговорил я, и имя прозвучало, как удар колокола. - Вы приходитесь четвертым сыном
Его Высочеству герцогу Мечиканскому, не так ли? "
Он поклонился:
"Именно так, милорд". Тут я повернулся к медововолосому видению. Тогда я еще не
знал, кто она такая, но, поскольку слева на ее груди красовался полный герб
Камберлендов, а не просто корона, я вычислил... - Услышав фырканье, лорд Бонтриомф
снова прервал повествование. - Да, милорд?
- Совершенно необязательно сообщать нам, каким путем вы дошли до очевидного, -
сказал с мрачным сарказмом де Лондон. - Дарси интересуют факты, а не те детские
мыслительные процессы, с помощью которых вы их получили.
- Не смею возражать, милорд! - сказал лорд Бонтриомф. - Так или иначе, я правильно
установил личность леди.
"Где остановились вы, ваша светлость? " - спросил я. "Напротив", - сказала она.
Ширина коридора в Королевском управлении - восемь футов, и комната герцогини
располагалась прямо напротив комнаты Цвинге.
"Благодарю вас! А теперь... - Я оглядел остальных. - Почему вы все вышли в коридор?
Что вас встревожило? "
Все они назвали одну и ту же причину. Крик. Никто из них не слышал, как стучал
Шон: двери слишком толсты для этого. Я знаю - сам проверял. Стук в чужую дверь
можно услышать, если только специально прислушиваться, а крик в другой комнате
должен быть просто чертовски громким. Я установил также, что единственным, кто мог
услышать звук от падения тела на пол, был Шон. Остальные в тот момент еще не открыли
свои двери. Кто из них первым вышел в коридор, я установить не смог - никто не обратил
внимания на такую, с их точки зрения, мелочь. По-видимому, была порядочная суматоха...
Когда управляющий Болмер вернулся с топором, я взглянул на часы. Было без двадцати
трех минут десять - с того момента, когда Шон постучал в дверь, прошло около семи
минут.
Попросив всех отойти от двери, я вырубил порядочный кусок из ее центра, не повредив
ни коробки, ни замка. После этого, опять же попросив всех оставаться в коридоре,
протиснулся через дыру внутрь.
Это был обычный номер, двенадцать на пятнадцать футов, с ванной. На
противоположной от двери стене два окна, оба со ставнями, закрыты на шпингалеты, но
ставни установлены таким образом, чтобы в комнату мог проникать солнечный свет.
Стекла оказались целыми.
Тело главного судебного мага находилось почти точно в центре комнаты, далее чем в
шести футах от двери. Он лежал в луже свежей крови, на левом боку, и его камзол был
настолько окровавлен, что поначалу было невозможно понять, что произошло.
Присмотревшись, я заметил на левой стороне груди, над сердцем, порез на камзоле. Я
осторожно отогнул его и обнаружил под порезом колотую рану.
В паре футов от тела, на краю лужи крови, лежал нож. У него была тяжелая рукоять из
черного оникса и цельное серебряное лезвие. Я уже видывал такие ножи, лорд Дарси, да и
вы - тоже. Это был нож волшебника, используемый в некоторых заклинаниях для
символического разрезания психических связей или других подобных магических
действий. Должен заметить, что человеческие тела такие ножи режут ничуть не хуже, чем
