 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
время точно было невероятно трудно.
Она отодвинула занавеску в дальнем конце комнаты. Ингольда не было. Обычно
волшебник спал в квадратной нише, где воины хранили запасы съестного, которые теперь
приходилось охранять от всех пришельцев из развалин Реальма. В неярком свете очага
Джил разглядела углубление среди мешков с зерном, сваленных в кучу позади чулана, две
изъеденные молью старинные мантии из буйволиной кожи и грязное лоскутное стеганое
одеяло, но самого волшебника не было. Исчез и его посох.
Она быстро прошла назад через караульное помещение, через наружную комнату,
служившую для хранения оружия, бочонков с Голубой Руиной и кадок с джином, и вышла
в пустынные галереи. Огромный зал простирался почти на тысячу футов от двойных
ворот на западе и до глухой темной стены с башнями, где располагались королевские
покои, на востоке.
Бесформенные черные стены окружали Убежище со всех сторон, простираясь за
пределы видимости и поддерживая крышу. Прямо по грубому полу протекали, журча,
глубокие черные каналы, пересеченные маленькими мостиками. Царящую вокруг тишину
можно было сравнить разве что с безмолвием Великих Снежных гор, окружающих
Убежище. Мрак темноты рассеивался не луной и звездами, а тусклым светом факелов,
мерцавших на каждой стороне темных стальных ворот. Слабое оранжевое пламя
очерчивало двойной круг на гладком черном полу и отбрасывало огненные отблески на
засовы, цепи и огромные кольца ворот.
Там, где сливались два круга света, стоял человек. Казалось, его жесткие светлые
волосы были окружены золотым сиянием.
- Ингольд! - негромко окликнула Джил.
Он повернулся в недоумении. Завернувшись поплотнее в плащ, Джил широкими
шагами направилась к воротам. С тех пор как они вместе пересекли Пустоту и оказались в
этом мире, она все время зябла.
- Что, моя дорогая? - раздался мягкий, бархатный голос. Освещаемое неустанным
огнем, его морщинистое лицо казалось непроницаемым. Шестьдесят лет полной
опасности и приключений жизни придали ему совершенно отрешенный вид.
Она встала рядом, и взгляды их встретились. - Что это? - тихо спросила она.
- Ты сама понимаешь, - с грустью ответил волшебник. Джил встревоженно
оглянулась. Здесь царил страх, и Джил не покидало ощущение нависшего в ночи Зла.
Здесь она испытывала тот же странный, леденящий ужас, будто некий злобный и
непостижимый разум проникал сквозь пучину времени.
- Они уже здесь? - прошептала она. Ингольд ласково обнял ее.
- Сходи-ка за своим оружием, детка.
Ее глаза казались фиолетовыми в голубоватом волшебном свете. Минальда смотрела,
как Руди одевается.
- Что случилось? - спросила она. - Не знаю, - тихо, чтобы не разбудить принца, сладко
спавшего в своей золоченой колыбели, ответил Руди. - Мне лучше пойти туда.
За месяц жизни в этом мире он привык к незнакомой одежде и больше не чувствовал
себя неловко в домотканых бриджах, рубашке с длинными рукавами, тунике, высоких
сапогах до колен и богато вышитом плаще, который он снял с убитого вельможи после
страшной битвы с прислужниками Тьмы в Карсте. Но он все еще оплакивал удобство
джинсов и ковбойки. Руди пристегнул меч и наклонился через пеструю груду шелков,
чтобы поцеловать девушку, безмолвно наблюдавшую за ним.
- Ты придешь проводить нас? - Нет, - тихо сказала она. - Не могу, Руди. Путь в Кво
долог и опасен. Кто знает, даже если вы найдете Архимага, будет ли это концом вашего
путешествия? - В слабом фосфоресцирующем волшебном свете он увидел слезы в ее
глазах. - Я не люблю прощаний.
- Ну что ты, - Руди снова нагнулся к ней, лаская шею и плечи, тяжелые темные волосы
