 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
патологически любопытен, и что, по его словам, являлось отличительным свойством
волшебников, так это страсть к знаниям, невзирая на риск или отсутствие элементарного
комфорта. "Если бы не ребенок, - думал Руди, глядя из-за машины на колдуна,
глубокомысленно разбирающего и исследующего стручок гороха, - я бы не беспокоился.
Этот парень может заявить, что он Наполеон, и это будет не мое дело. Но что ему делать с
таким маленьким ребенком на руках, странствуя через миллионы миль и лет из
ниоткуда".
Руди вспомнил, как колдун выходил из пылающего воздуха, и ему снова стало не по
себе.
Потом его отвлекла ржавая гайка, с которой он возился, и другие вещи. Завернув
последнюю гайку, он вылез из-под машины, весь в масле, взмокший, и в растерянности
посмотрел на Ингольда, сидевшего рядом со стручком в руке, после чего с силой швырнул
в грязь гаечный ключ.
- Чертов топливный насос, - вздохнул он и повалился на землю рядом с колдуном.
- Значит, это насос, а не топливопроводы? - со знанием дела произнес Ингольд,
посвященный Руди в тайну устройства автомобиля.
- Поэтому, я думаю, нам остается лишь одно - идти на хайвэй и голосовать.
- Не волнуйся, - успокоил его Ингольд. - Моя связная в этом мире скоро должна быть
здесь. Она поможет тебе вернуться в цивилизацию.
Руди помедлил, вытирая промасленные руки о тряпку, которую достал с заднего
сиденья.
- Ваша кто? - Моя связная в этом мире, - видя удивление Руди, Ингольд объяснил: - Я
проведу ночь в вашем мире по той простой причине, что я голоден.
- То есть у вас тут что-то вроде временного пристанища? Да? - Руди подумал,
действительно ли к нему придет кто-то или это еще одно порождение больного
воображения старика.
- В некотором смысле, - медленно сказал Ингольд. - Но если в своем мире вы
волшебник, как вы можете голодать? - спросил Руди больше от ленивого любопытства,
чем по какой-нибудь другой причине. - Почему вы не можете сделать так, чтобы
появилась пища, если вы голодны?
- Все не так просто, - ответил Ингольд. - Создать иллюзию пищи относительно просто.
Для этого достаточно внешним видом и консистенцией убедить человека, что это хлеб. Но
если ты его съешь, он насытит тебя не больше, чем воздух.
- Слишком много проблем из-за ломтя хлеба. - Более того, это таит в себе опасность.
Любое вмешательство в структуру Вселенной рискованно. Вот почему редко
производятся телесные превращения. Многие колдуны высокого ранга знают принцип
превращения человека в зверя - с сознанием и сердцем зверя, - но очень, очень немногие
осмелятся проделать это на практике. Глава магов может сделать это с риском для жизни,
но... - он внезапно вскинул голову, и Руди уловил далекий шум мотора в тихом, бледном
полуденном воздухе.
- А вот и мой друг, - объяснил Ингольд. Он встал, стряхивая с мантии сухие травинки и
ветки. Руди тоже поднялся на ноги, когда красный "фольксваген" выполз из-за холма.
- Вижу.
Оставляя позади себя облако, машина притормозила, и из нее вышла девушка.
Она бросила недоверчивый взгляд на Руди и остановилась. Ингольд шагнул к ней с
насыпи, приветливо протянув обе руки.
- Джил, - сказал он. - Это Руди Солис. Он думает, что я сумасшедший. Руди - Джил
Паттерсон. Мой связной в этом мире.
Они враждебно рассматривали друг друга.
"Уж лучше дорожный патруль", - подумала Джил. На этом типе аршинными буквами
было написано: "Рокер" - засаленные джинсы, грязная белая тенниска, рваные ботинки.
Темные, с рыжиной волосы свободно падали на плечи; немигающие темно-голубые глаза
