 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Олег быстро перешел в тень деревьев, росших в центре двора, и увидел наконец свой
дом. Сначала он даже испугался, ему показалось, что широкая черная трещина надвое
рассекает здание, словно кто-то ударил по крыше гигантским колуном и разрубил дом до
самой их квартиры. Но постепенно стало ясно, что это не трещина а слой копоти,
покрывающий стену над их окнами. В квартире был пожар. И не в одной квартире. Как
всегда в таких случаях, взбешенная толпа разливала бензин направо и налево. Черными
провалами зияли по два-три окна во все? верхних этажах до самой крыши: там тоже
горело. Лопнувшие в пламени листы шифера уже были сняты сквозь крышу светили
звезды, отчего и казалось, что дом про резан трещиной.
Вовремя убрались, спокойно подумал Олег. Может быть, погромщики пришли сразу
после их бегства, может быть, только на следующий день. Но они обязательно приходят,
рано или поздно, к каждому зараженному. Приходят по извечной человеческой привычке
заниматься бессмысленными делами: грабить нищих, собирать оброк с голодных или вот
как теперь - убивать обреченных на смерть.
Олег повернулся и, не оглядываясь, пошел прочь. С домом покончено. Отныне у него
будут только убежища и норы. Впрочем, это не надолго...
Было уже далеко за полночь, когда Олег миновал, наконец, лесной бурелом и выбрался
на открытое место. Заросшая тропинка, которой он шел, спускалась здесь в отлогую
долину, когда-то занимаемую садоводческим товариществом. Луна освещала забытое
товарищество от края и до края, искусно вырезая на земле силуэты полуразвалившихся
домиков.
Нигде ни огонька. Давным-давно в этих садах ничего съедобного не произрастало, и
люди здесь бывали редко. Разве что такие же бедолаги, как Олег и его семья, но их огня
отсюда не увидишь. Да что огня - такие и дым прятали. Где-то там - Олег отыскал глазами
голое кряжистое дерево посреди поля - в домике с чудом сохранившейся крышей его ждут
Зоя и Пашка.
Неясное предчувствие вдруг кольнуло в сердце. Что-то новое, подумал Олег.
Ощущение опасности и непроходящее отчаяние давно стали привычными, снедали душу
своим чередом, помаленьку. Но сейчас... А может быть, это не предчувствие? Кажется,
ветка в лесу хрустнула. Он прислушался. Нет, тихо. От напряжения все это, вот что. А
чего напрягаться? Ему-то!
Свернув с тропинки, Олег перелез через забор, пересек один участок, второй и
широкой полосой травы, бывшей когда-то проезжей дорогой, двинулся вниз по склону.
На его условный стук дверь сразу открылась, и луна осветила заплаканное лицо жены.
Зоя пролила немало слез за эти дни, но это были беззвучные слезы, они не мешали ей
пилить в подполе дрова, готовить еду из ничтожного количества продуктов, дежурить у
окна в свою и частью в Пашкину смену. Мало-помалу Олег привык к этим слезам, а вот
сейчас удивился. Удивился себе. Оказывается, можно привыкнуть даже к такому.
- Наконец-то! - прошептала Зоя. - Я уже хотела навстречу идти... Олег шагнул в
темноту и запер за собой дверь.
- С ума сошла, - сказал он. - Как это навстречу? Зачем? - Пашка пропал.
Олег вздрогнул. Вот оно, предчувствие. - Когда? - спросил он.
- Еще днем. Сказал, что пройдется по дачам... и не вернулся. Зоя всхлипнула.
- Ну, не реви. Он уже взрослый, сам знает... - Олег задумчиво глядел в окно. - И
неизвестно еще, что лучше...
- Нет, - твердо сказала Зоя. - Мы должны его найти. Ему нужна помощь. Я чувствую, с
ним что-то стряслось.
- Да где же его теперь искать? - возмущение Олега было притворным. Он знал, где.
- Известно, где, - спокойно произнесла Зоя. - В банде Крутого. Пашка мне все
рассказал. Там настоящие ребята. С ними вместе хоть на смерть... Пыталась я его
разубедить, да только все испортила, кажется.
Олег, все еще стоявший у окна, вдруг заметил вдали какое-то движение. И сейчас же
