 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
- Зачем же его гонять? - Олег отложил газету и строго посмотрел на сына. - Он ведь не
виноват.
- А чего он ходит? Заразу носит... Да и зачем ему теперь школа? - Если бы к ним не
лезли, никакой заразы бы не было, - сказал Олег. - А то ваши балбесы устроят драку, носы
раскровавят друг другу, а врачи потом удивляются: как это в школе вирус передается?
Официально считалось, что ретровирус "СВС" или, попросту, покойницкий глаз,
передается исключительно через кровь, и носители его для окружающих не опасны, если
соблюдать кое-какие предосторожности. Но в народе бытовало свое мнение на этот счет.
Зараженных звали покойниками и падалью, старались избавиться от них любыми
средствами.
- Ну и как же его гоняли? - спросил Олег. - В ихнем классе, когда узнали, сначала
сговорились на уроки не идти, он один в школу притащился. Училка, как увидела это,
сразу все поняла и тоже - ходу. Ну, вышел он из класса, а там его уже ждали, кто с палкой,
кто камней набрал...
- Звери какие-то, а не дети! - возмутился Олег. - Мать, ты слышишь? В кухню вошла
Зоя.
- Слышу, слышу. Неужели нельзя принять такой закон, чтобы всех выявленных сразу
отправлять на Базу?
- Ну да, корми их там... - буркнул Олег. Он изо всех сил старался относиться к
покойникам, как все, но у него пока плохо выходило. Не то чтобы жалость овладевала им,
скорее - удивление. Он никак не мог понять, за что ему ненавидеть этих вчерашних
людей, заживо похороненных сегодня в сознании окружающих.
- А когда они тайком сюда пробираются, это лучше, да? - сказала Зоя. - Ты, Пашка,
смотри, чтоб на пушечный выстрел к покойнику не подходил! Лучше дома сиди, пока его
из школы не спровадят, я разрешаю... Как его фамилия-то была?
Пашка, опустив нос в тарелку, тихо сказал: - Зарецкий.
- Что?! Костя?! Пашка молча кивнул и, выбравшись из-за стола, ушел в комнату. Олег
посмотрел на жену.
- Да ведь он же из нашего дома! - испуганно прошептала Зоя. Словно в ответ ей во
дворе раздался звон стекла и раскатистый хохот, подхваченный сразу десятком голосов.
- Начинается! - Олег открыл окно и выглянул во двор. Перед домом уже собралась
толпа, изо всех окон торчали головы жильцов. Со стороны четвертого подъезда - как раз
там была квартира Зарецких - доносились неразборчивые крики и размеренные, гулкие
удары. Хлопнул выстрел.
- Ого! Палят! - сказал Олег. - Убери голову! Отойди от окна сейчас же! -
всполошилась Зоя. - Не хватало еще пулю из-за падали получить!
- Да это внутри, в квартире. Непонятно, отстреливаться, что ли решили?
Сумасшедшие...
- Да им теперь все равно... - И где это Зарецкие оружие взяли? - Олег покачал головой.
- Разорвут ведь их...
Но выстрелы больше не повторялись. Из подъезда вдруг повалил народ, толпа на
улице раздалась, оставляя широкий проход. Последним, поминутно оглядываясь, вышел
человек с топором.
- Идут, идут! - Олег еще дальше высунулся в окно. Зоя тоже подошла посмотреть.
Во дворе наступила такая тишина, что стали отчетливо слышны шаги нескольких
человек, медленно спускавшихся по лестнице.
Первым показался Зарецкий с Костей на руках. Голова мальчика была запрокинута,
рука повисла плетью. Следом Зарецкая вела мать. Старуха голосила - молилась, что ли? -
и тут же грозила кому-то, потрясая над головой сухонькими кулачками.
Никто из них словно бы и не замечал выстроившейся вдоль дороги толпы. Они ни разу
не оглянулись назад, на оставляемый дом, и ушли, без вещей, одетые кое-как, по
направлению к шоссе, ведущему в лес.
