 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
живете, как ладите с хозяином?
К Забаве вдруг вернулось детство. И она принялась рассказывать, захлебываясь от
переполнявших ее чувств и с трудом сдерживая горючие слезы. А когда дошла до
появления гостьи, загремели кремлевские часы, и говорить стало невозможно. После
двенадцатого удара часы запели хвалу роду Рюриковичей. Их пение настроило Забаву на
торжественный лад, все личные беды показались ей такими ничтожными, что когда
наступила тишина, девушка решила о гостье ничего не рассказывать.
- Вот так я и живу.
- Бедненькая! - Мать Заряна покачала головой. - Может, вас перевести к другому
хозяину?
- Дядя не разрешит. - У меня есть связи, - сказала мать Заряна. - Я могла бы
справиться и с вашим дядей, и с вашим бессердечным хозяином. Представьте себе, как
переменится ваша жизнь.
Забава представила. И сказала: - Нет!
Мать Заряна внимательно посмотрела ей в глаза: - Подумайте, какая вас ждет в этом
доме судьба. Забава подумала. И повторила:
- Нет!
- Что ж, вы теперь взрослая. - Мать Заряна пожала плечами. - Я уже не могу решать за
вас.
Они поговорили еще немного, и мать Заряна заторопилась по каким-то делам.
Холодновато попрощались и разошлись в разные стороны.
Сделав несколько шагов, Забава оглянулась. Подметая длинной юбкой тротуар, мать
Заряна энергичным и целеустремленным шагом удалялась в сторону площади Первого
Поклона. Забава долго смотрела ей в спину, но мать Заряна так и не обернулась. Все тем
же быстрым шагом она пересекла Детинцевскую и скрылась за углом. Забава печально
улыбнулась и направилась к Вечевому мосту.
Она так никогда и не узнала, что матери Заряне в тот день тоже надо было на Торговую
сторону. Но, не сумев соблазнить чародея Смороду, Забава стала для нее неудачницей.
Отказавшись же переменить место работы, превратилась и вовсе в отработанный
материал. А неудачниц и отработанного материала в многовековой истории Ордена
дочерей Додолы было слишком много, чтобы заниматься перевоспитанием каждой из
них.
Впрочем, Забава в этот момент меньше всего думала о матери Заряне и Ордене дочерей
Додолы. Она тоже спешила: ведь вполне возможно, что хозяин сейчас отчаянно нуждался
в ее заботе. Вот только на душе у нее почему-то было совершенно пусто. Как в кармане у
нищего...
Разумеется, приступ не испугал Света. Как и всякого высококвалифицированного
волшебника, жизнь давно уже подготовила его к возможности подобного окончания
карьеры.
Поэтому он не собирался сходить с ума от страха, обнаружив, что протянувшуюся
вперед и вверх прямую дорогу пересекла вдруг пропасть неизвестной ширины и глубины.
Не собирался он и бежать к Кудеснику с доносом на самого себя.
Более того, прекрасно понимая, что всякие меры, направленные на препятствование
утечке информации, ведут к обратному результату, не намеревался он и вести на эту тему
разговоры с прислугой. Как ни старайся, а стоит лишь сказать кому-либо, чтобы держал
язык за зубами, и можешь быть уверен - если не этот, так другой язык обязательно
развяжется. А посему проще всего было отнестись к приступу как к чему-то
незначительному, на что и внимания обращать не стоит. Ну упал хозяин в обморок, так и
что? Слишком много работает, все время у него голова о государственных заботах болит.
И не говорите, кума, наш - точно такой же, с утра - просто душа человек, а к вечеру -
