 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Барсук. - На первый взгляд наша машина действительно не годится для практического
применения. Но... - Он сделал долгую паузу. - Если моя теория о том, что природная
молния имеет электроновый характер, верна, то применение электронства может иметь
немалое оборонное значение.
- А ведь былины говорят о том, Перун должен поразить Семаргла молнией и Семаргл
опосля этого потеряет всю свою силу, - сказал вдруг Кудесник. - Это ведь одна из причин,
почему он не откликается на чувства Додолы...
- Да, - отозвался Барсук. - А кроме того, науке давно уже известно, что природная
молния уничтожает любые заклятья.
- К тому же, - сказал доселе молчавший министр безопасности, - кто даст нам
гарантию, что электроновую машину нельзя уменьшить до карманных размеров? Ручное
огнестрельное оружие, как известно, поначалу тоже нельзя было спрятать в карман.
Ошарашенный рыжебородый сидел с распахнутым ртом, а Свет вдруг подумал, что это
совещание может иметь далеко идущие последствия. И не только для жизни чародея
Смороды, но и для судьбы всей страны.
Из Института нетрадиционных наук Свет возвращался в служебной карете Кудесника.
Сам Остромир после эксперимента выглядел спокойным, даже равнодушным. Зато
приблизившийся к Свету Всеслав Волк едва сдерживал дрожь в голосе:
- Брат чародей! Кудесник приглашает вас в его карету.
Свету и самому стоило бы после такого приглашения с трудом сдерживать дрожь в
голосе - редко кому доводилось удостоиться чести проехаться в служебной карете
Кудесника, - но, когда он отдавал распоряжения Петру, в голосе его не звучало ни
малейшего намека на возбуждение.
И теперь, сидя напротив Кудесника и его секретаря за плотно задернутыми шторами
служебной кареты, Свет не ощущал никакого волнения. Судя по ходившим в последнее
время среди волшебников слухам, разговор с Кудесником рано или поздно все равно
должен состояться, так почему бы ему не произойти теперь? Света, правда, несколько
смущало присутствие Всеслава Волка, но, с другой стороны, не зря же говорят, что у
Кудесника нет секретов от своего секретаря! Потому эта должность так и обзывается...
Чародею вдруг пришло в голову, что если бы варяги или ляхи сумели каким-либо образом
завербовать Всеслава Волка, то ему как лазутчику цены бы не было. Только вот беда -
зацепить его нечем. Волк не мздоимец и не тать, а уж насчет бабского племени - на чем
ловят немало ратников и светских - и говорить нечего. Впрочем, все равно Кудесник
очень быстро бы разоблачил новоявленного лазутчика - пусть Остромир и не столь силен,
как Свет, в выявлении злых намерений, зато ему нет равных в выявлении лжи. Потому
он, кстати, и доверяет секретарю как самому себе. Хотя лжеца, прикрытого другим
волшебником, думается, не удалось бы разоблачить и Кудеснику - слишком слабы у таких
людей изменения в ауре. Иначе Буня Лапоть с Путятой Утренником не стали бы огород
городить, сразу поселяя Веру к Свету. Для начала показали бы ее Кудеснику - и,
возможно, на этом бы все и завершилось...
Остромир некоторое время сидел, откинувшись на спинку сиденья и прикрыв глаза.
Свет понял, что Кудесник обдумывает увиденное. Потом старик вдруг встрепенулся,
выпрямился, тряхнул седой гривой и сказал:
- Ну-с, братья мои, что вы можете сказать по поводу показанного нам в кабинете
академика? - Он повернулся всем телом к секретарю. - Сначала вы, Всеслав.
Волк задумчиво покусал костяшку перста: - Полагаю, у министерства безопасности
прибавится работы. И министр, судя по его словам, это уже хорошо понял. Организация
охраны академика и его сотрудников - лишь начало. Опричь охраны, надо будет выявить
всякого, кто мог наблюдать за экспериментами Барсука - вплоть до уборщиц - и
позаботиться о том, чтобы вражеские лазутчики не могли войти с ними в контакт. Работа
