 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
- Сколько бы ни стоило, - сказал дядя Берендей. - Все будет оплачено. Главное, чтобы
оно было готово к ужину.
- Значит, будет готово, - сказал портной. - Остальные к завтрашнему вечеру. Для
примерки их привезут завтра в одиннадцать. Устроит?
- Устроит.
А когда портной удалился, дядя Берендей позвал к себе Ольгу, и они куда-то ушли.
Вернувшись же, притащили два домашних платья из лавки готовой одежды, а также
целую гору нижнего белья и женских мелочей. Вплоть, до косметики.
Вот это Забаве уже не понравилось. А тут еще Ольга, явившись на кухню, сказала:
- Ну и ну! Никогда не видела, чтобы наш хозяин тратил деньги на женщину. Да еще так
много. - Она с ухмылкой глянула на Забаву. - Сдается мне, голубушка, что наш
волшебничек готовит нам всем сюрприз. Может, он открыл способ ублажить женщину, не
работая своим корнем?
Забава вцепилась ей в волосы - едва растащили. А когда дядя Берендей принялся в
своей комнате в очередной раз воспитывать племянницу, та, ничтоже сумняшеся,
заявила:
- Я вашей с чародеем гостюшке все зенки повыцарапаю. Можете так и сказать хозяину.
И пусть он не рассчитывает, что я буду этой лахудре прислуживать!
Дядя Берендей опешил. А потом сказал: - Не дело служанки оценивать гостей
хозяина... - А с какой стати она здесь появилась? - оборвала его Забава. - Еще ни разу у
нас в гостях женщин не было!
Дядя Берендей вдруг улыбнулся:
- Была одна. Еще до вашего здесь появления. Выдавала себя за графиню. Оказалась
варяжской лазутчицей. Хозяин и вывел ее на чистую воду.
Но Забава гнула свою линию:
- А чего он тогда ей улыбался? Я ни разу не видела, чтобы он хоть кому-либо
улыбался. Разве что Кудеснику своему разлюбезному... Нам, во всяком случае, - точно ни
разу.
- О боги! - Дядя Берендей всплеснул руками. - Когда вы наконец перестанете верить
своим сказкам?.. Да не улыбался он ей! Волшебники вообще никогда никому не
улыбаются. Даже друг другу. - Дядя Берендей взял Забаву за руку. - Он токмо
ИЗОБРАЖАЛ улыбку. И помяните мое слово, нашей гостье эта его улыбка еще боком
выйдет, не иначе. Той лжеграфине он тоже улыбался. А потом ее бросили в острог... Так
что можете умерить свою ревность.
Ревность Забава умерила. Она вспомнила, что улыбка хозяина и в самом деле
напоминала странную гримасу. Просто ярость залепила ей, Забаве, очи. Нет уж, упаси,
Свароже, увидеть когда-нибудь такую "улыбку", адресованную кем угодно лично ей! Уж
лучше ненависть, чем подобная "приветливость"!
- Что же мне с вами делать? - сказал дядя Берендей. - Ведь дойдет с вами до беды.
Забава мягко высвободила руку из широкой дядиной ладони. И сказала: - Не надо со
мной ничего делать. Я сама с собой все сделаю.
И уже выйдя из комнаты, поняла, что ее последняя фраза прозвучала достаточно
двусмысленно.
Портной сдержал слово, данное Берендею: к ужину Вера спустилась в трапезную.
Свет быстро убедился, что деньги будут заплачены не зря. Голубое платье, усыпанное
бисером и украшенное легкими франкскими кружевами, выглядело очень шикарно. По-
видимому, это понимала и сама Вера. В ее движениях вдруг появилась уверенность,
этакая плавность и, пожалуй, даже княжественность. А Свет легко убедился, что его
гостья умеет носить красивые вещи. И если это не присущий некоторым женщинами
врожденный талант, то значит, с красивыми вещами ей встречаться приходилось. Вывод
