 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Джон повернул монитор так, чтобы Киму лучше был виден его экран, а на экране -
светлые пятна дверей и полуподвальных окон помещения номер сорок по Птичьим
Пустошам. Все остальные пространства кирпичных стен, забранных решетками и
железными дверьми дверей и окон, которыми изобиловал
заброшенный товарный двор, были мертвенно темны и находились явно в температурном
равновесии со средой.
- Ну что же... - Ким постучал пальцем по схеме выведенной на экран его ноутбука. -
Выставляйте людей здесь и здесь, а я, с вашего позволения,
попробую двинуться вот так - через разгрузочный люк... Передайте мне
камеру...
- Пойду с вами, - уточнил диспозицию Джон. - А Сэм попробует поторговаться с
клиентами через дверь. Если там, конечно, есть с кем торговаться...
Спрыгнув в благоухающую пригорелой яичницей темноту, Ким мгновенно понял, что
он в подвале не один. Для того, чтобы быть пустым и безлюдным, этому
подвалу нехватало гулкости. В нем было слишком много тишины - ватной,
глухой, напряженной. Слегка посапывающей от этого напряжения тишины.
Только за тяжелой дверью слышался голос Филдинга, сообщавшего обитателям
помещения, что они окружены и сопротивление - бессмысленно...
Ким типовым финтом рванул в сторону от того места, в котором его должны были бы
ждать предполагаемые невидимые противники, расшиб локоть обо что-то отменно
твердое и железное, однако, не стал торопиться бросать во мрак
свето-звуковую глушилку. Он только тихо, но внятно спросил сопящую темноту: -
Господа?...
Господа не заставили себя ждать слишком долго. Тьму складского подвала осветила
неполная дюжина ярчайших карманных прожекторов. На каждый такой прожектор
приходилось по одному плотно
сколоченному и хмурому типу в пятнистой форме.
Майор Свирский устало смотрел на Кима и осуждающе жевал спичку. - Похоже, что и
вы и мы немного припозднились, а? - флегматично поинтересовался майор. - А как
хорошо было бы согласовывать свои действия, хотя бы на час вперед, господин Агент на
Контракте...
Ким молча посмотрел на свою, явно ставшую ненужной, камеру голографической
регистрации и глухо спросил:
- Надеюсь, господа, вы хотя бы засняли э-э... место? - Да, не беспокойтесь... - Свирский
поморщился и махнул своим людям отбой. - Если это вас так волнует... Это, похоже,
действительно то место, где держали Гостя. Вон, глядите: наручник на трубе еще
болтается. Много
следов и отпечатков. И еще - здесь стреляли, - он кивнул на обломки
портативного телевизора. - Следов крови, правда, не нашли...
- А что же нашли? - без энтузиазма поинтересовался Ким.
- Собачью шерсть... - криво улыбнулся майор. - Разной масти. Довольно много собачьей
шерсти...
* * *
Если верить изображению в голографическом окошке дисплея, госпожа
Шпак не была идеалом женской красоты - скорее уж воплощением энергии и
предприимчивости, свойственных потомкам амазонок. Первого из неполной дюжины
слушателей своего семинара, она выдернула из сладостной дремы как морковку из грядки.
Тот был лупоглаз и бестолков, однако, честно стал
выдавать некий текст.
Его невнятное блекотание Роше слушать не стал, прокрутив запись вперед. Энергичный
