 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
удалось сохранить монополию ни на какое чудо-оружие. Не знаю с кем в
действительности собрались воевать наши стратеги - с Предтечами, с
иными цивилизациями, с демонами ночи, но только очень скоро противник
получит в руки точно такие же возможности манипулировать
пространственно-временным континуумом, что и мы. И начнется стремительная
эскалация разрушения. С тем только отличием от классического механизма
наших, человеческих эскалаций, что мы можем не успеть найти общий язык с
противником, природа которого нам неизвестна. И вина за то, что произойдет, падет на
того, кто начал первым - на нас. Нет, Разум только тогда
заслуживает названия Разума, когда он способен ограничить себя.
Тогда и я выложил свой аргумент. Точнее - свое кредо.
Нам не суждено знать, - сказал я ему, - погубит нас новое знание или не погубит. Но
одно я знаю точно: нам не дано по своей воле отказаться от
своего пути. И единственное, что может помочь нам устоять против бед,
принесенных знанием, которого мы достигли - это новое знание, которого нам следует
достичь как можно быстрее...
Потом нам нечего было уже сказать друг другу. Я отправился в свой блок и написал
дополнение к нашему докладу - в конце концов, надо же было хоть
как-то объяснить, почему один из двух его авторов отказался его
подписывать. Я не стал, разумеется, вдаваться в те дебри философии, в которых увязли
мы в своих ночных дискуссиях. Я коротко характеризовал Ганса, как принципиального
противника дальнейшего развития отношений
Федерации с Цивилизацией Чур, выразил предположение о том, что такая позиция может
привести к неадекватным действиям уполномоченого Крюге в ходе текущего Контакта и к
его общей необъективности в интерпретации имеющейся в нашем распоряжении
информации и даже к ее прямому искажению...
Думаю, что я не покривил душой, хотя у тех, кто прочитал его, сложилась в отношении
Ганса не совсем правильная иллюзия - к самим-то колонистам он
отнюдь не был враждебен... В его к ним отношении было гораздо больше
доброты и сострадания, чем в моем, например, отношении... В чисто
эмоциональном плане ему понимание колонистов давалось неизмеримо лучше, чем мне.
Дальнейшее было вполне предсказуемо и не принесло никому ничего из того, что мы
все ожидали. Ганса, не откладывая дела в долгий ящик, отозвали, и
здесь, на Прерии, он занялся активной пропагандой против развития отношений с
Цивилизацией Чур.
Некоторое время он был лидером этого движения, но потом в Метрополии у него
нашлись такие талантливые и популярные последователи, что сам он
просто зачах в их тени. Сейчас он возглавляет местного значения комитетик этого своего
движения...
Я еще три года работал на Чуре. Подготовил еще несколько докладов - один секретнее
другого - о возможностях использования результатов Тора в оборонных проектах
Федерации. И вернулся в эти края - по состоянию
здоровья. До самого того времени, когда разгорелась эта история cо
шпионажем, я довольно активно консультировал подготовку новых кандидатур для
работы на Чуре и вообще - привлекался к разработке разных тем,
связанных с Чуром... Но то, что так развело наши с Гансом дорожки - работы Тора -
больше никогда не всплывали на поверхность этих темных вод, что
зовутся официальной политикой Федерации...
Сейчас я только посмеиваюсь, вспоминая наши споры там, в подземных бункерах
сожженнной планеты. Мы-то воображали: что решаем мировые проблемы и что от нас и в
самом деле что-то зависит... Нет, ей Богу, это - очень
смешная тема: философы и бюрократы... Программа разработки гравитационного оружия
