 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
собираетесь?...
Ким поднялся и взял со стола положенную было на него папку. "А ведь не о бывшем
подзащитном печется господин адвокат, - запоздало подумал он. - Не из-за него
всполошился. А я - купился как мальчишка на его подставку! Сболтнул лишнее. Это мне
отрыгнется. И очень скоро, может быть. Надо торопиться. Здесь уже ничего не
выкопаешь. "
- Если вы не хотите отвечать на мои вопросы, господин адвокат, - сказал он вслух, - то
уж не ждите и от меня ответов на свои...
Предупреждаю вас, однако, о том, что существует Федеральный закон "О мерах по
пресечению действий, препятствующих ведению
следствия"...
- Нашли кого учить, мальчишка! - зло бросил адвокат, огибая стол в направлении к
сдвинутой панели, за которой дремал терминал. Ким быстрым шагом направился к
выходу. Он был уже на пороге, когда странные, потусторонние звуки заполнили комнату,
заметались под ее
сводами... Он остановился и остолбенело обернулся. До него не сразу дошло, что несется
этот призрачный хор из-за задвинутых штор окон - с невидимой, зыбкой глади озера.
Адвокат уже стоял у терминала, держа в руках переговорную трубку. Он уже поостыл
немного и вполне владел собой.
- Это птицы, - устало объяснил он, перехватив взгляд Кима. - Ночные птицы. Сейчас -
их время...
* * *
- Я повторяю, в новостях не соврали: на моих глазах на набережной в собаку била
молния!... В огромную собаку - два раза. И - хоть
бы хны. Она словно искупалась в огне... Честное слово десантника! Отряхнулась и
побежала себе... А я прямо столбом стоять остался... - Это и называется - допиться до
глюков, Ник... Вот что делает с
людьми этот проклятый самогонище, который называют виски. От
водки такого не бывает...
Бармен чуть кашлянул - но кашлянул со значением - и гудение голосов теплой компании,
собравшейся встречать "ночное утро" в украшенном старинными картинками углу
"Канар" чуть смолкло. И было отчего. Не всякий день в "Канары" заглядывают тузы с
Козырной
набережной. Импозантный, точно испанский гранд, Серж Круевич оперся о стойку,
терпеливо ожидая заказа господина комиссара.
Роше тяжело вздохнул - подобная известность его тяготила - и, тоже опершись о стойку,
заказал чашечку кофе. Разговору, конечно,
больше способствовала бы рюмка белого, но так рано комиссар не начинал - даже по
служебной необходимости.
Кофе был не тем, ради чего народ собирался в "Канарах" с утра пораньше. Явно не тем.
Еще раз утвердившись в мысли о
причастности сношенных автомобильных покрышек к происхождению экзотического для
Прерии напитка, Роше отставил чашечку в сторону и, утерев усы, осведомился у старины
Круевича о том, о сем. Старина
Круевич охотно рассказал и про то и про се, после чего, кашлянув, взял инициативу в
свои руки.
- Послушайте, комиссар, - понизив голос, сообщил он, - если вам нужен Лев Косневски,
то вы уже немного опоздали... И напрасно
теряете время.
