 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
чтобы перестроить ее!
- Но у нас достаточно людей, чтобы охранять ее! - Только рабы. Им нельзя доверять.
- Можно, если их как следует запугать. Пусть наказание будет для них такое же, как и
для человека, которому они позволят ступить на священную землю внутри стены.
- Что же это за наказание? - Коссил задала вопрос не для того, чтобы услышать ответ,
который она сама подсказала Архе много лет назад.
- Отсечение головы перед Троном.
- Другими словами, Госпожа желает, чтобы вокруг стены была выставлена стража?
- Таково мое желание! - Арху переполняла злобная радость, и она с удовольствием
сжала маленькие кулачки под широкими рукавами своего хитона. Ей прекрасно было
известно, что Коссил не хотела выделять рабов, и так немногочисленных, для совершенно
бесполезной работы - охраны стены. В самом деле: кому придет в голову нарушить
священные границы? Никто не подойдет сюда и на милю - ни по ошибке, ни по умыслу.
Но Коссил не могла спорить с Архой. Она могла только повиноваться.
- Здесь! - произнес холодный голос Верховной Жрицы. Арха остановилась. Она часто
проходила здесь раньше и знала Стену Гробниц также хорошо, как и остальные части
Места - каждый камень, каждая растущая на ней травинка были ее добрыми знакомыми.
Величественная стена возвышалась слева от нее на три человеческих роста; справа
пролегла неглубокая каменистая долина, которая через несколько сот ярдов поднималась
к подножиям холмов западной гряды. Арха осмотрелась и не увидела ничего, чего не
замечала раньше.
- Здесь! Под красными камнями, госпожа... В нескольких ярдах ниже по склону выход
красноватой лавы образовал нечто вроде миниатюрного утеса на холме. Арха спустилась
к нему и заметил, что камни отдаленно напоминают дверь, четырех футов высотой.
- Что нужно сделать? - Арха давно усвоила, что в святых местах не следует пытаться
открывать дверь, если не знаешь, как это делается.
- Госпожа владеет всеми ключами к погруженным во тьму местам.
С ритуала совершеннолетия Арха носила на поясе железное кольцо, к которому были
прицеплены маленький кинжал и тринадцать ключей.
- Вот этот, - указала Коссил на один из них, а потом на крошечное углубление в
красноватом камне.
Ключ, длинный железный прут с двумя резными головками, легко вошел в скважину, и
Арха, не прилагая почти никаких усилий, повернула его справа налево.
- А теперь? - Вместе... Арха и Коссил нажали на шершавую скалу слева от замочной
скважины. Тяжело, но бесшумно и нигде не застревая, каменный блок пошел внутрь,
пока перед женщинами не открылась узкая щель, явив за собой непроглядную тьму.
Арха нагнулась и вошла.
Коссил, женщине тучной и тепло одетой, пришлось с трудом протискиваться внутрь.
Очутившись в подземелье, она тут же закрыла за собой дверь.
Абсолютная тьма. Ни малейшего проблеска света. Казалось, тьма имеет вес и давит,
давит на открытые глаза.
Они согнулись почти вдвое, потому что высота прохода, в котором они стояли, не
превышала четырех футов, и был он такой узкий, что, вытянув руки, Арха могла
дотянуться одновременно до обоих стен.
Шепотом, как свойственно людям разговаривать в темноте, Арха спросила:
- Ты захватила свечу? - Нет, - ответила стоящая за ее спиной Коссил. Она тоже
говорила пониженным тоном, но в голосе ее чувствовался какой-то странный оттенок,
словно он улыбалась. Сердце Архи сжалось, кровь забилась в висках, но она упрямо
повторила про себя: "Это мои владения! Мне нечего бояться! "
Вслух она ничего не сказала и пошла вперед - другого пути не было. Туннель вел вниз,
под холм. Коссил двинулась за ней, тяжело дыша и шелестя одеждами по каменному
полу.
