 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Эти двое, думал он, могут быть членами королевской фамилии Каргада. Какой-нибудь
тиран или узурпатор, боясь пролить царственную кровь, приказал отвезти их сюда, на
затерянный островок недалеко от Карего-Ат, где они могли умереть или жить, как им
заблагорассудится. Старик был тогда, наверно, мальчишкой лет восьми-десяти, а старуха -
маленькой принцессой в расшитом жемчужном платье. Они выжили и жили на этом
клочке тверди в океане может тридцать, а может, и пятьдесят лет - Принц и Принцесса
Одиночества.
Догадка Геда подтвердилась только много лет спустя, когда в поисках кольца Эррет-
Акбе он приплыл на остров Каргад, к Гробницам Атуана.
Третий день пребывания Геда на острове оказался Днем Возвращения Солнца, самым
коротким в году, и природа приветствовала его спокойным ясным рассветом. Лодочка,
сооруженная из досок и магии, щепок и заклинаний, была готова. Гед попробовал
объяснить старикам, что может отвезти их на любой остров - Гонт, Спеви, Торикл, он
может даже попробовать доставить их в какое-нибудь уединенное место на Карего-Ат,
если они его об этом попросят, хотя каргадские воды и небезопасны для жителей
Архипелага. Но им явно не хотелось покидать свой пустынный риф. Старуха, казалось,
вообще не понимает, что он хочет сказать своими жестами и тихими словами. Старик же
понял и... наотрез отказался, все его воспоминания о других странах и людях были
детским кошмаром, в котором ручьями лилась кровь и слышались хриплые крики
умирающих.
Геду нечем было отблагодарить стариков за тепло и пищу, нечего было подарить
женщине, и он сделал единственное, что было в его силах - наложил чары на
солоноватый, ненадежный источник, и из него хлынула вода такая же чистая и
прозрачная, что бьет из горных ключей прекрасного Гонта. Из-за этого источника остров
теперь нанесен на карты и приобрел имя: моряки зовут его островом Родника. Но хижины
уже нет и штормы не оставили на острове ни малейшего следа людей, проживших на нем
всю жизнь и умерших в одиночестве.
Они спрятались в хижине, словно боясь увидеть, как Гед спустил лодку на воду с
южного песчаного мыса островка, позволил северному ветру наполнить волшебный парус
и вышел в море.
Предприятие Геда выглядело довольно странным он был охотником, который не знает
толком, за кем охотится и где ожидать встречи с жертвой. Он должен был искать ее
только при помощи догадок, намеков, случайностей, то есть действовать так же, как и
Тень, когда она охотилась за ним. Каждый из них был слеп по отношению к другому -
Геда ставила в тупик неосязаемость Тени; ее - дневной свет и материальность
окружающего мира. Гед был уверен только в одном - теперь в роли охотника выступает
именно он. Когда Тень заманила его на скалы и он, полумертвый, бродил по острову, она
не воспользовалась возможностью расправиться с ним. Она обманула его и сразу исчезла,
Огион оказался прав Тень не могла пить его силы, пока он сам охотился за ней. Теперь он
должен найти ее, хотя след врага затерялся в безбрежном океане и ему ничего не
оставалось делать, как отдаться воле ветра, дующего на юг, и надеяться, что выбрал
правильное направление.
Перед заходом солнца Гед увидел слева от себя берег огромного острова Карего-Ат. Он
находился на самых оживленных морских дорогах белых варваров и внимательно следил,
не покажется ли где-нибудь их корабль. Он плыл в багровом закатном свете и вспоминал
то утро из своего детства: воинов с перьями на шлемах, огонь, туман. С содроганием он
понял, что Тень провела его с помощью такого же трюка сгустив туман, лишив его
возможности видеть опасность, она поступила с ним точно так же, как он тогда с воинами
Каргада.
Гед держал курс на юго-восток, и когда из-за западного края мира начала свое
наступление ночь, Карего-Ат скрылся из виду. Впадины между волнами заполнились
темнотой, но верхушки их еще продолжали ловить багровые отсветы. Гед спел Зимнюю
