 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
может, пурпурного шелка Лорбанери. Дракон осторожно, дабы не смахнуть своих
ослабевших наездников, взмахнул крыльями, поджал гигантские задние лапы и как кошка,
прыгнул в небо. Пара взмахов, и они поднялись над туманом, затянувшим Селидор.
Махая пурпурными крыльями, Калессин взвился в сгущающихся сумерках над
Открытым Морем и повернул на восток.
Поздним летом, сначала над островом Улли, затем над Усидеро и к северу от Онтуего
пролетел низко над водой огромный дракон. Хотя драконы в Западном Пределе - не
редкость, и люди знали о них не понаслышке, тем не менее, когда дракон пролетал над
ними, фермеры высыпали из домов, приговаривая:
- Оказывается, не все драконы умерли, как мы думали. Возможно, и волшебники где-то
еще сохранились. Как величественно он летит! Скорее всего, это Старейший.
Где Калессин приземлился, не видел никто. На этих дальних островах есть леса и
холмы, куда редко забредают люди, и даже появление там дракона может пройти
незамеченным.
Но на Девяноста Островах поднялся шум и переполох. Люди гребли от одного
островка к другому, крича:
- Прячьтесь! Прячьтесь! Дракон Пендора нарушил свою клятву! Верховный Маг
сгинул, а Дракон явился сожрать нас!
Не приземляясь и не глядя вниз, огромная отливающая сталью ящерица мчалась над
маленькими островками и крохотными городами и фермами, не желая даже тратить огонь
на таких малявок. Так они пронеслись над Гетом и Сердом и, преодолев проливы
Внутреннего Моря, подлетели к Рокку.
Ни память людская, ни древние легенды не сохранили свидетельств о том, чтобы
какой-либо дракон презрел видимые и невидимые Стены хорошо защищенного острова.
Тем не менее, этот гигантский дракон бесстрашно пронесся на своих мощных крыльях над
северным побережьем Рокка, над полями и деревнями, и мягко приземлился на вершину
зеленого холма, возвышавшегося над городом Твилл. Затем он сложил свои кроваво-
красные крылья и словно врос в почву Холма Рокка.
Юноши гуртом высыпали из Большого Дома. Ничто не могло удержать их. Но
несмотря на свою молодость, они не смогли обогнать Мастеров, и прибежали к Холму
вслед за ними. Когда ребята появились на вершине, Мастер Образов был уже там. Его
светлые волосы пылали на солнце. Рядом с ним стоял Мастер Изменения, который
вернулся пару дней назад в облике большой морской скопы, едва живой, с
переломанными крыльями. Он долго находился в этой оболочке, удерживаемый своим
собственным заклинанием, и вернул свой истинный облик лишь в Роще, придя туда в ту
ночь, когда Равновесие было восстановлено и связывающие его путы опали. Пришел и
Мастер Вызова, изможденный и обессиленный, который только прошлым вечером
поднялся с постели. А позади него стоял Привратник и другие Мастера Острова
Мудрости. Они смотрели, как слезали наездники, причем один поддерживал другого.
Они видели, как те оглянулись вокруг со странным выражением удивления,
удовлетворения и огорчения на лице. Пока они спускались с его спины, дракон лежал
неподвижно. Затем он слегка повернул голову, прислушиваясь к словам Верховного Мага,
и что-то коротко ответил ему. Некоторые наблюдатели разглядели насмешку в холодно
поблескивающих желтых глазах дракона. Те, кто в состоянии был понять, услышали, как
он сказал:
- Я доставил молодого короля в его королевство, а старика - к его дому.
- Мой дом чуть подальше, Калессин, - ответил Гед. - Я еще не добрался до туда.
Он взглянул на залитые солнечным светом крыши и башни Большого Дома и едва
заметно улыбнулся. Затем он повернулся к Аррену, который стоял, стройный и легкий, в
поношенной одежде, едва держась на ногах после долгого сидения верхом и всего
