 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
- Нет... - Эльрик поплелся вперед, пока не подошел к самому отверстию. Он сунул
шпагу в ножны и протянул факел Ракиру, а затем, прежде чем Воин-Священник Пума
смог остановить его, бросился головой вперед через отверстие, извиваясь всем телом - и
отверстие расступилось, расширилось перед ним, потом опять сжалось до прежних
размеров. Ракир остался с другой стороны.
Эльрик медленно поднялся на ноги. Слабый розовый свет исходил от стен, а впереди
виднелось второе отверстие, чуть больше первого. Воздух был теплым, очень тяжелым и
соленым. Он почти задыхался. В голове у него гудело и пульсировало, все тело ломило от
усталости, он с трудом мог действовать и думать, но упрямо продолжал идти вперед.
Оттолкнувшись негнущимися ногами, он бросился в следующее отверстие, а все
нарастающий звук продолжал звучать в его ушах.
- Эльрик! Позади него стоял Ракир, бледный и потный. Он бросил факел и
последовал за ним. Эльрик облизнул сухие губы и попытался заговорить. Ракир подошел
ближе. С трудом Эльрик выдавил:
- Ракир. Тебе не следовало идти за мной. - Я ведь сказал, что помогу.
- Да. Но...
- Значит, я помогу. У Эльрика не было сил, чтобы спорить, поэтому он просто кивнул
головой, руками раздви 169 нул мягкие стенки второго отверстия и увидел,
что оно вело в пещеру, круглые стены которой дрожали и пульсировали. А в самом центре
пещеры, в воздухе, ничем не поддерживаемые, висели две черные шпаги. Две совершенно
одинаковые шпаги, огромные, красивые и черные. А внизу, под шпагами, пожирая их
глазами, с жадным выражением на лице, стоял принц Ииркан из Мельнибонэ, протягивая
к ним руки, шевеля губами, с которых, тем не менее, не срывалось ни одного слова. И сам
Эльрик способен был сказать лишь одно слово, когда он пробрался сквозь отверстие и
стоял на дрожащем полу.
- Нет! - сказал он.
Ииркан услышал это слово. Он повернулся, и на лице его был написан ужас. Увидев
Эльрика, он зарычал, и с его губ тоже сорвалось одно слово, которое одновременно было
и криком ненависти.
- Нет! С большим усилием вытащил Эльрик из ножен шпагу Оубека. Но она казалось
ему слишком тяжелой, тянула его руку вниз, и он не смог даже поднять ее, так что острие
шпаги коснулось пола, а рука Эльрика лежала на ней, отдыхая. Он тяжело дышал,
стараясь набрать в грудь как можно больше этого тяжелого душного воздуха. Зрение его
начало туманиться, Ииркан стал тенью. Только две черные шпаги висели холодно и
спокойно по самому центру круглой комнаты и были
видны ему совершенно ясно. Эльрик почувствовал, как в комнату вошел Ракир и встал
позади него. - Ииркан, - сказал Эльрик после долгого молчания. - Эти шпаги - мои.
Ииркан улыбнулся и потянулся рукой к шпагам. Какой-то странный стонущий звук,
казалось, исходил из них. От каждой исходило слабое черное сияние. Эльрик увидел
выкованные на них руны и почувствовал страх. Ракир приладил к тетеве лука стрелу. Он
натянул тетеву до плеча, 170
прицелившись в принца Ииркана.
- Если он должен умереть, Эльрик, только скажи мне.
- Убей его, - сказал Эльрик. И Ракир спустил тетеву. Но стрела двинулась по воздуху
очень медленно, а затем просто повисла между лучником и его предполагаемой жертвой.
Ииркан повернулся, и лицо его было перекошено в злобной усмешке.
- Оружие смертных здесь бесполезно. - Должно быть, он прав, -Эльрик обратился к
Ракиру. - И твоя жизнь здесь в опасности. Иди. - Нет, я должен остаться здесь и помочь
тебе.
- Ты не можешь помочь. Ты только будешь мешать, если останешься. Иди!
С большой неохотой Красный Лучник закинул лук за спину и ушел.
- А сейчас, Ииркан, мы должны решить этот спор. Ты и я.
