 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
любопытства не хочешь взглянуть на то, чего пока никто не видел? -- упрекнул ярла
начальник стражи.
-- Нет, -- ответил Ингвар.
Гелайм вдруг резко выпрямился, расправил плечи, и перед Александром вновь возник
воин.
-- А если я... -- однако он опомнился, поспешно ссутулился и сдавленно пробормотал: --
Нет. Конечно нет... Этого не может быть...
Ингвар с нескрываемым удивлением следил за ним, настолько разительны были
стремительные перемены в облике Гелайма.
-- Мы должны сжечь капища поганого бога, -- вдруг глухо, как из сырого погреба,
прорычал Торгейр. Александр едва не вскрикнул от неожиданности, впервые услышав его
голос.
Но Ингвар закусил удила.
-- Я уже сказал свое решение. Тебе бы только все жечь, сын огня.
-- Да, я хочу сжечь Йомаля во славу бессмертных асов. Горе тому, кто встанет на моем
пути.
-- Не думай запугать меня, -- огрызнулся Ингвар. -- Уж кто-кто, а ты, Торгейр,
превосходно знаешь, что угрозами от меня никогда ничего
не добиться. Через два дня мы отплываем назад к Кронийскому океану и далее до самого
Гинугагапа!
Даже Лютинга слегка напугало это богохульство.
-- А серебро... -- начал было Айзия.
-- Серебро пусть ищут глупцы. Хотя теперь я понял, зачем наши корабли приплыли сюда,
-- ядовито бросил он Торгейру.
Мелькнула багровая вспышка, и кто-то невидимый раскидал в стороны горящие головни.
Ингвар вскочил с проклятием.
-- После этого я даже разговаривать с тобой не буду!
Айзия беспомощно закрутил головой. Похоже, он крепко рассчитывал на помощь людей
Ингвара в походе к серебряной горе. В том, что
целью аримаспа было серебро и только серебро, Александр не
сомневался ни мгновения.
И тут из темноты бесплотной черной тенью возник Манайя. Он двигался настолько
бесшумно, что никто и не заметил, как он исчезал. Колдун сделал какой-то знак Айзии.
Тот пожал плечами. Колдун настаивал, и старшина каравана сдался. Он состроил
умильную физиономию и снова обратился к Ингвару.
-- Решение доблестного ярла непоколебимо, и никто не собирается оспаривать его.
Каждый вправе сам выбирать собственную дорогу. И пусть достопочтенный ярл поймет
правильно, я больше не пытаюсь
уговаривать его, а лишь хочу показать, от чего он так опрометчиво отказался.
Ингвар недовольно поморщился. Глаз Айзии хитро сверкнул, старшина каравана поднял
