 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
рукопашной, а маммут, мне кажется, превосходит его ростом и
свирепостью. И я считаю, самое разумное сейчас -- отступить.
-- Но куда?! -- отчаянно выкрикнул Александр.
-- В болото.
-- Мы утонем там!
-- Нет. Я же не предлагаю немедленно попытаться пересечь все болото. Мы просто
отойдем от берега локтей на восемьдесят и спокойно будем
дожидаться рассвета. Эти твари за нами не полезут. А если рискнут
-- им же хуже, они много тяжелее нас и завязнут на первом же шагу.
-- Разумно, -- согласился опомнившийся Гелайм.
-- А мы не забредем куда не следует? -- поинтересовался Александр.
-- Не думаю, -- ответил Ингвар. -- Мы ведь втыкали вешки, да и Торгейр постарался
немного подсушить тропу. Главное -- не заходить слишком далеко. Я предлагаю больше
не терять времени на пустую
болтовню.
Так они и поступили.
Нельзя сказать, что это была самая приятная ночь в жизни Александра. Протухшая
холодная вода по колено, заросшая скользкой тиной коряга и растрескавшаяся грязевая
корка вряд ли смогут
заменить постель. Но, слушая долетающие с берега звуки, он не раз благодарил судьбу и
хладнокровие Ингвара за то, что они
предоставили ему это неуютное убежище.
Рассвет казался бесконечно далеким. Промерзшая до костей троица не могла дождаться
восхода. И когда блеклые солнечные лучи осветили
берег, вздох облегчения вырвался разом у всех троих. Запустение и разгром царили на
месте временного лагеря. Изменилось все, даже
рельеф. Там, где вчера были холмы, сегодня чернели овраги.
Огромные кучи земли и глины громоздились возле самой воды, куда ни падал взор --
всюду виднелись чудовищные борозды, как будто титан
перепахал своим плугом весь берег. Тут и там валялись огромные
камни. Легкий дымок курился над пепельными проплешинами, выжжеными огнем
Торгейра.
-- Какой ужас, -- пробормотал Александр. В отличии от Ингвара и Гелайма он не
стеснялся своих чувств.
-- Жаль, что Торгейр погиб, -- меланхолично отозвался Гелайм. -- Без него обратный путь
станет много труднее и дольше.
-- Да, без его пламени нам придется солоно, -- не стал спорить Александр.
-- Смотрите! -- крикнул вдруг Ингвар.
Ворох глины прямо перед ними зашевелился, раздался и оттуда вынырнула всклокоченная
и грязная голова Торгейра. Внук Локи поднялся, пошатываясь, и принялся отряхивать
налипшую на хламиду землю. Сейчас он не казался ни могучим, ни грозным. Наоборот,
Торгейр выглядел жалким и беспомощным, как старый бродяга. Но, как различил
Александр, сумка с небесными смарагдами по-прежнему
висела у него на боку. Кончив чиститься, Торгейр злобно погрозил кулаком полускрытым
утренним туманом холмам и выкрикнул какое-то проклятие.
