 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
еще кого. Не даром он поминал Молоха...
Сорвалось с языка словечко, не поймаешь. Тебе известно, что он задумал, к чему
стремится? Золотые щупальца расползлись далеко и прочно схватили многих
неосторожных. Я не берусь предсказать, что выкинет завтра Айзия во славу уважаемого
тирана и для собственной выгоды. Вспомни, чем он торгует! И просто ли ради одной
прибыли
тащит аримасп в далекие земли отраву?
-- Здесь ты прав, -- проворчал Александр.
-- Про Гелайма я скажу одно: он не тот, кем видится простым смертным.
-- Ты его видишь другим?
-- Да.
-- Кем же именно?
-- Черный воин...
-- Что это значит?
-- Не могу различить.
Александр озабоченно потер подбородок.
-- Это как-то привычнее, чем иметь дело с колдунами.
-- Надо еще разобраться, под чью дуду он пляшет, чью волю выполняет.
-- Что ж, буду настороже. Предупрежден -- значит вооружен.
Им хотелось еще поговорить о многом, но появился один из слуг марг-кока. Усердно
кланяясь и пересыпая речь многочисленными
похвалами великим и непобедимым витязям, он сообщил, что большой князь Эрьта и
старшина каравана Айзия наипочтительнейше просят
могучих воинов удостоить своим присутствием пир.
Эрьта на радостях закатил такое праздненство, словно пытался затмить древних царей.
Даже привыкшие к роскоши аримаспы от
удивления пораскрывали рты при виде огромного количества золотой и серебряной
утвари. Александр же, впервые столкнувшись с подобным,
не сумел оценить стараний марг-кока. Просто подивился: и где все
это раньше прятали?
Прямо на берегу был поставлен длинный дощатый стол, застланный златотканными
скатертями. Прямо на роскошную парчу ставились
горячие бронзовые котлы. Александр с некоторым ужасом смотрел на горы снеди, а
прислужники подносили новые и новые блюда. Больше
всего было мяса: лосятины, медвежатины, оленины, зайчатины. Стол просел под
тяжестью двух диких кабанов, зажаренных целиком на
вертелах и уложенных на двух золотых блюдах размером с дверь. Глухари, тетерева,
рябчики, гуси и утки просто терялись рядом с ними. Дымящиеся горки зерна и каких-то
кореньев служили
приправами. Александр только пожалел, что нет хлеба. Но когда на стол рухнули бадейки
с икрой, посыпались печеные и вареные сомы, щуки, форели и вообще незнакомые ему
рыбы, он окончательно
перестал чему-либо удивляться. Но с вином вышла определенная промашка. Чего ойки не
имели -- того не имели. Лишь мутная,
противно пахнущая бурда пенилась в золотых кубках.
Александр с неудовольствием увидел, что сидеть ему придется рядом с Гелаймом. Он
