 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
выручать маму. Но я переубедил ее по двум причинам. Во-первых, ясно, что на Фанглите
женщины считаются менее важными, чем мужчины. Ей труднее будет заставить людей
делать то, что она хочет, несмотря на весь ее ум. Во-вторых, Арно говорил, что в женском
монастыре женщин могут содержать вопреки их воле. И мы не хотели, чтобы Денин
заперли там.
И вот я иду один по полю, ноги у меня промокли, и мне почему-то страшновато.
Стена, когда я подошел к ней, показалась гораздо выше и грознее, чем с высоты в две
мили. Мне пришлось довольно долго идти вдоль стены, пока я не подошел к воротам. На
воротах висел большой молоток, я поднял и трижды опустил его с громким "хлоп". Через
полминуты в воротах открылось небольшое окошко, я смутно увидел сквозь него чье-то
лицо.
- Чего ты хочешь?
Я ответил, что я чужестранец из далекого Эвдаша (я совершенно отказался от мысли об
Индии), что я хочу отдохнуть и хотел бы поговорить с аббатом, когда тот встанет. Я не
сказал, как далеко находится Эвдаш. Не хотел, чтобы он решил, что я одержим демонами.
Брат Жерар рассказал мне, как человека били до тех пор, пока из него не вышел демон.
Долго же придется им меня бить, если никакого демона во мне нет и я не знаю, как
изобразить его.
Привратник исчез, и восемь-десять минут ничего не происходило. Я уже подумывал, не
постучать ли снова. Похоже, меня не собираются впускать. Но тут маленькое окошко
снова открылось, и у меня создалось впечатление, что меня рассматривает другой человек.
Появился также дрожащий тускло-красный свет, как от факела.
Через несколько секунд дверь открыли, и вышел плотно сложенный человек с факелом.
Десять-пятнадцать секунд он разглядывал меня, потом отступил и жестом предложил мне
пройти.
Внутри он повел меня через двор, выложенный плотно прилегающими квадратными
каменными плитами. Как и стены, здание было сложено из больших каменных блоков,
скрепленных известкой. Мне пришло в голову, что тут вообще нет строительных
механизмов - по крайней мере механизмов, приводимых в движение энергией. Вероятно,
люди высекли эти блоки при помощи ручных орудий и подогнали их друг к другу. Потом
люди или животные перевезли их сюда, сложили друг на друга и построили эти высокие
ровные стены.
Внутри здания меня провели по короткому коридору, освещенному факелами,
висевшими на стенах в кронштейнах. В конце коридора оказалась большая комната
восьмидесяти футов длиной и вполовину шириной. Запах тут напоминал смесь запаха
сеновала дома, на Эвдаше, и запаха монахов и Арно. Запах людей, которые не мылись с
тех пор, как последний раз попали под дождь или в реку. Комнату освещал звездный свет
сквозь окно и свет факела моего проводника. Я разглядел спящих, они лежали на полу на
грудах соломы, спали они в одежде, вернее в рясах.
- Спи здесь, - сказал мне проводник. - Аббат встретится с тобой после обедни. - И,
прихватив с собой факел, он вышел, оставив меня в темноте.
"После обедни". Понятия не имею, что такое обедня. Может, синоним "восхода".
Почему-то мне показалось, что я им интересен. Дело не в том, что сказал проводник: он
почти ничего не сказал. Но то, как он осматривал меня, открыв дверь... Может, дело в
моем комбинезоне. Вероятно, папа тоже пришел в комбинезоне.
Ну, ладно, подумал я, во сне время проходит быстрее. Спать лучше, чем стоять тут,
пытаясь что-то угадать и не имея для этого достаточных данных. Я пошел по комнате,
стараясь не наступить на спящих, пока не нашел в углу незанятое место и немного
соломы. Я сбил солому в небольшую кучку - каменной пол - не мой идеал постели, -
покрыл ее спальным мешком, лег и закрыл глаза. Я думал, что мне трудно будет заснуть,
особенно когда кругом громко храпят и фыркают, но через несколько минут я уже спал.
Мне показалось, что я только что уснул, когда громко прозвенел колокол и разбудил
