 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Итак, Арно наш союзник, по крайней мере на время. Но я рад, что оружие не в его
руках, а в наших. Мы с папой стояли в конюшне и смотрели, как монахи седлают нам
лошадей. Арно занимался своей лошадью. Вероятно, считал, что лучше него никто этого
не сделает. Тут закричал монах во дворе, и я вышел и посмотрел в небо.
Я догадывался, что увижу. Действительно, на высоте в тысячу футов медленно
проплыл истребитель, значительно меньший по размерам, чем наш семейный катер. Но на
носу у него мощный скорострельный бластер. Летел он беззвучно, и монах увидел его
совершенно случайно. Остальные монахи смотрели туда, куда он указывал. У них будет, о
чем поговорить, и если у аббата еще были какие-то сомнения, то теперь они рассеялись.
Через две минуты мы были уже верхом, а истребитель скрылся. Теперь нам предстояло
испытать свою удачу. Конюх сказал нам имена наших лошадей - Королева и Блонди. А
лошадь Арно звали Хрольф - как я узнал позже, в честь основателя норманнской
герцогской династии. И пока мы ехали по грязной дороге, я рассказывал папе обо всем,
что случилось с Денин, Баббой и со мной.
Но сначала я ему сказал, что мы знаем, где мама. Он изменился в лице. Папа не
склонен к беспокойству. Но когда дело связано с мамой, он беспокоится. Вероятно,
больше всего его мучило, что он ничего не может сделать. Он косо улыбнулся и
несколько минут молчал; только схватил меня за руку и сжал.
Когда я закончил, он рассказал, что произошло с ними. Как и мы с Денин, они
несколько дней летали над планетой, разглядывая ее. Когда-то повстанческая группа, к
которой он принадлежал, собиралась устроить тут базу. Это было пятнадцать лет назад.
Но либо базу тогда не устроили, либо покинули - во всяком случае ее не было. И,
очевидно, каким-то образом об этом узнала политическая полиция.
Папа и мама скоро поняли, что Фанглит - совсем не то, на что они надеялись. Но перед
отлетом они решили провести несколько часов на поверхности планеты, подышать
воздухом, который не проходил тысячекратно через очистительную систему катера,
воздухом, который пахнет травой, цветами и смолистыми деревьями. Они опустились на
горном лугу немного ниже границы распространения леса, где на многие мили не было ни
людей, ни чего-либо угрожающего.
Через несколько минут Куки, наш кот, решил, что и ему не угрожает на поверхности
опасность и спустился по трапу на траву. Тут он начал возиться, гоняться за насекомыми
и вообще сходил с ума.
Тем временем папа обнаружил, что в ручье, который течет через луг, есть рыба, и они
с мамой отправились рыбачить. Через некоторое время солнце село, и мама решила, что
пора вернуть Куки в катер, пока не стало совсем темно. Но Куки, хоть и толст, не хотел
быть пойманным. Он слишком долго сидел взаперти. Мама бежала за этим глупым
животным до самого леса, а папа наконец поймал местную рыбу на приманку в виде
серебристого эвдашского жука.
И тут папа услышал мамин крик. Он видел, как два туземца схватили ее и потащили в
лес. Папа побежал в катер, схватил бластер и устремился в погоню. Папа все еще в
хорошей форме, а тогда он просто сошел с ума от ярости. Еще два туземца ждали его
приближения с луками в руках, и он сжег обоих бластером. Остальные, должно быть, до
смерти перепугались, увидев, как горят кости и кровь их товарищей.
Но папа не видел их выражения: как раз в этот момент он попал ногой в нору какого-то
мелкого животного и упал. Он не только потерял сознание, но и повредил колено. Он
лежал не больше нескольких секунд, но когда встал и захромал к лесу, то никого не
увидел, кроме тех двоих, которых застрелил.
Но он видел следы - отпечатки ног на прошлогодней хвое. Света для этого еще хватало.
Поэтому он шел как мог быстро. Он сильно хромал, но разбойникам приходилось либо
тащить маму, либо нести ее.
Наконец стало слишком темно, он уже не видел следов. Но тут они как раз начали
огибать хребет, отходивший от горы. Другой дороги не было, и папа, хоть и не видел
