 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
еще вопросы. Вместо этого я отправился на тренировочную площадку - не во дворе, а
снаружи, за частоколом. Дрого говорил, что там тренируются взрослые. И тут стал
смотреть, как упражняются рыцари и сержанты - пешие и верхом. Не понимаю, как они
доживают до среднего возраста.
Перед самым полднем папа пролетел на высоте двухсот футов над замком, включив
сирену. Я побежал в ворота. Папа начал поворачивать, рыцари и сержанты устремились в
ворота, стражники закрыли за ними. Все, включая женщин, детей и слуг, вышли во двор и
смотрели на катер. Был тут, конечно, и отец Дрого. Я сказал Ролану, чтобы все отошли от
ворот. Он, удивленный, отдал приказ. По его выражению я понял, что Арно ничего не
сказал ему о характере предстоящей демонстрации. Тут я отошел от толпы и помахал
руками, чтобы привлечь внимание катера. Катер слегка качнул носом, и я ударил кулаком
о ладонь.
Катер повернул и начал удаляться от замка, и я не знал, что последует дальше.
Вероятно, он опять повернет. Частокол скрыл его от наших глаз. Через несколько секунд
катер опять появился и начал приближаться. В его борту открылась дверь.
Пока ничего не произошло. Катер, проделав полукруг, возвращался прежним курсом.
На этот раз он летел выше, и в дверях я видел папу. Значит, управляет им мама. Папа
нацелил ружье-бластер, и в следующее мгновение ворота взорвались. Разбитые створки
повисли на петлях.
Для такого бластера недостаточно. По-видимому, у папы на борту была взрывчатка, и
он изготовил бомбу. Вначале, когда он летел медленно и низко, он ее бросил, а потом
взорвал.
Еще одно доказательство, что папа в Федерации был революционером, о чем нам не
рассказывал. Я всегда считал, что революционеры - те, что взрывают бомбы, - это
сердитые свирепые люди, немного чокнутые. Папа всегда был мягок и рассудителен. Его
революция - это революция идей. Но, по-видимому, когда положение требовало, он мог
становиться и таким.
Когда звон в наших ушах стих, катер уже улетел. Слуги, крестясь, стояли на коленях.
Некоторые рыцари тоже крестились, но на колени не встали. Барон смотрел с плотно
сжатым ртом и сморщенным лбом.
Я посмотрел на отца Дрого. Того, казалось, ударило громом. Мы вернулись в замок. Я
решил, что Ролан присоединяется к нам.
ДЕСЯТЬ
Мы вернулись в обеденный зал, и Ролан велел принести еще пива. Но когда паж хотел
налить мне, я сказал, что мне нельзя пить больше одной кружки в день - таков обычай
дворянства в моей стране. На самом деле я просто не привык к выпивке: дома папа
наливал нам с Денин по кружке только по праздникам. И хотя местное пиво показалось
мне слабым, я совсем не хотел, чтобы у меня затуманило голову.
Ролан нахмурился: по-видимому, решил, что я оскорбляю его гостеприимство. Арно
даже не моргнул, может, понял истинную причину. Отец Дрого посмотрел на меня, но не
знаю, о чем он подумал.
- Ну что ж, - сказал Арно, глядя на Ролана, - ты видел, что может маленькая лодка, на
которой один мужчина, одна женщина и собака. Легко представить себе, что может
военный корабль. Не только королевство, империя будет нашей.
- Гм...
Очевидно, Ролан хотел поторговаться. - Ты не согласен? - спросил Арно.
- Как ты сказал, легко себе представить, - ответил Ролан. - Возникает другой вопрос. Я
не видел этот военный корабль, ты тоже. Но если он такой мощный, как же мы его
захватим?
Арно начал раздражаться.
