 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
которого оно имело возможность излечить разные мелкие болезни.
Лекарства, которые помогли ему проснуться, обострили его
воображение. Было приятно лежать с закрытыми глазами, погруженным в удовольствие
этой минуты.
- С тобой все в порядке?
Резкий, беспокойный голос ворвался в его сознание. Дюмарест вздохнул и открыл
глаза. Свет был слишком ярким. Он поднял руку, чтобы защитить глаза, и опустил ее,
когда кто-то заслонил свет. Бенсон стоял в ногах открытого контейнера и смотрел на него
сверху вниз. Он
выглядел точно таким, каким Дюмарест помнил его: маленький человек
с морщинистым лицом, с аккуратной каймой бородки и гладкими
черными волосами. Насколько же человек должен состариться, чтобы это бросалось в
глаза?
- У тебя получилось, - сказал оператор довольным тоном. - Я не ожидал, что что-то
случится, но минуту назад ты заставил меня
поволноваться. - Он наклонился вперед, и его голова заслонила свет. - Ты уверен, что с
тобой все в порядке?
Дюмарест кивнул, неохотно осознавая необходимость двигаться. Потянувшись, он
схватился руками за края контейнера и медленно поднялся. Его тело было таким же, как
всегда - большим, обнаженным и бесцветно-белым. Кожа плотно обтягивала
выступающие кости. Он
осторожно напряг мышцы, набрал воздуха в грудную клетку.
Воскрешаясь, он потерял жир, но кое-что у него еще осталось. Оцепенение все еще не
прошло, чему он был очень рад.
- Я еще никого не потерял при воскрешениях, - похвастался оператор. - Вот почему
ты заставил меня поволноваться. У меня хорошая репутация, и я не хочу запятнать ее.
Конечно же, она такой и останется. Бенсон был все таким же старательным. Но
пройдет время, и он станет менее усердным. Пройдет еще время, и он уже не станет так
заботиться о своей репутации. А в конце концов ему на все станет наплевать. Именно
тогда некоторые
такие типы полагают, что очень умно будет сэкономить на лекарствах и потом смотрят,
как очередной воскрешаемый криком разрывает себе
легкие в агонии восстановленного кровообращения.
- Я забылся, - сказал он. Он принес чашку солоноватой воды. Дюмарест выпил ее и
вернул чашку.
- Спасибо, - его голос был хрипловатым. Он сглотнул и попробовал еще что-то
сказать. На этот раз голос больше походил на прежний. - Принеси немного басика.
- Подожди секунду.
Дюмарест сел на контейнер, сгорбился и стал смотреть, как Бенсон идет к
автомату-наполнителю. Он обхватил себя руками, ощущая холод вне контейнера и
бесцветность комнаты. Комната напоминала морг.
Холодное, залитое голубым светом помещение, с воздухом,
пропитанным запахами химикатов. Бесформенное помещение с низким потолком с
выступающими стойками и изогнутыми балками,
раздражающее глаза однообразной монотонностью неокрашенного металла.
В этой части корабля не было никакой нужды в тепле и никаких признаков
комфорта. Только голый металл и ультрафиолетовые лампы, очищающие своим
стерилизующим сиянием похожие на гробы
контейнеры. Это было то место, где хранились живые существа - принявшие препараты,
замороженные, на 90 % мертвые. Здесь
находились самые дешевые места для путешественников, готовых рискнуть своей жизнью
против возможных пятнадцати процентов
