 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
матери и единственным моим родственником на Бельтане. Серьезный человек,
добивавшийся результатов скорее благодаря терпению и упорству, чем уму. Вообще он
подозрительно относился к неортодоксальным решениям и ссылкам на "интуицию" со
стороны своих подчиненных, хотя - надо отдать ему должное - ограничивался легким
неодобрением и никак не препятствовал их поискам. Его жена Ранальда, истинный гений
в своей области, терпимостью не отличалась. Мы редко ее видели: она занималась какой-
то закрытой темой. Очень рано все домашнее хозяйство легло на Аннет, на год моложе
меня. Была еще младшая сестра Гита; обычно ее видели с информационными лентами в
руках; она столь же мало интересовалась домом, как и ее мать. Должно быть, узкая
специализация, становившаяся все более и более необходимой по мере продвижения
человека в космос, привела нас, так сказать, к мутации. Хотя наиболее пораженные ею
люди возражали бы особенно яростно. Мне настоятельно советовали выбрать какую-
нибудь нужную для станции профессию, но все они мне не нравились. В конце концов я
стал готовиться к профессии рейнджера - Аренс считал, что это занятие мне подходит, -
но тут война, которая, впрочем, впрямую нас не затрагивала, подошла к мрачному концу.
Победы не достигла ни одна из сторон, противники расходились в крайнем изнеможении.
Затем начались бесконечные "мирные переговоры". Больше всего нас тревожило, что
Бельтан оказался забыт основавшим его союзом. Если бы задолго до этого мы не перешли
на самоснабжение и наша планета не смогла бы кормить и одевать нас, положение стало
бы отчаянным. Торговля и связь с внешним миром и так сократились до одного корабля в
два года в последний период войны, да и то два срока корабль пропустил. А когда он
наконец прибыл, мы обнаружили, что это второсортный "грузовик", доставивший горстку
участников войны. Ветераны оказались слепыми и хромыми, как говорится, - отбросы
военной машины.
Среди них был и Грисс Лугард. Первый помощник отца, он играл важную роль в моем
детстве, но я не узнал спускающегося по трапу хромого человека с небольшой дорожной
сумкой, казавшейся слишком тяжелой для его худых рук; вес сумки как будто клонил его
набок и добавлял неуверенности в походке. Проходя мимо, он взглянул на меня, уронил
сумку, поднял руку; рот на частично восстановленном (выдавала слишком гладкая кожа)
лице перекосился. - Сим!..
Он протер глаза, и я узнал его по браслету на запястье, теперь слишком просторному.
- Я Вир. А вы... - я взглянул на знаки различия на воротнике его грязного выцветшего
мундира, - сектор-капитан Лугард!
- Вир, - он повторил мое имя, как будто ища в прошлом что-то знакомое. - Вир... да, ты
сын Сима! Но... но... ты очень похож на Сима.
Он постоял, глядя на меня, потом поднял голову, повернулся и задумчиво огляделся.
Теперь он как будто видел дальше пыли, поднятой нашими башмаками.
- Да, много времени прошло, - негромким усталым голосом сказал он. - Очень много.
Плечи его сгорбились, он наклонился за упавшей сумкой, но я опередил его.
- Куда, сэр? В старых казармах никто не жил уже по крайней мере пять лет, они
использовались как склады. В семье Лугарда все умерли или улетели с планеты. Я решил,
что Лугард может пожить у нас. Аннет может не найти комнату, ну, да это неважно.
Лугард глядел мимо меня на юго-западные холмы и на горы за ними. - Есть ли у тебя
флиттер, Сим... Вир?
Я покачал головой.
- Их теперь используют только в крайнем случае. У нас совсем нет для них запасных
частей. Лучшее, что я смогу достать, - это хоппер.
Я знал, что, взяв хоппер, уже нарушу правила. Но Грисс Лугард был близким мне
человеком, а я давно уже не встречал никого из своего детства. - Сэр... если хотите
погостить... - продолжал я.
Он отрицательно покачал головой.
- Когда часто что-то вспоминаешь, - он говорил как будто сам с собой, убеждал себя, -
