 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
в злобное существо, которое изобрело для нас страшную пытку. Последнюю часть спуска
я проделал как в густом тумане и внизу упал, способный только дышать. Остальным
было не легче. Эмрис неподвижно лежал рядом с койкой. Тед сгорбился с другой
стороны. Я услышал шорох и радостный возглас.
- Аннет!
Мне что-то сунули в руки, я не смог удержать, тогда это что-то оказалось возле моего
рта. Я почувствовал вкус укрепляющего напитка. В чрезвычайный рацион всегда
добавляют специальные восстанавливающие средства, но поможет ли это мне? Наконец
мы, шатаясь, смогли идти, а Аннет, Гита, Прита и Айфорс несли перед нами койку с
Лугардом, используя петли из одеял. Я уже настолько пришел в себя, что мог
поддерживать Эмриса и Теда. Плечи и руки онемели. Потом они начали болеть, и боль все
усиливалась. Мы спотыкались и скользили, хотя по-настоящему ни разу не упали;
наконец опасная осыпь осталась позади, мы были в более широкой части пещеры. Из
дверей бараков струился свет. Я помню только, как перевалился через порог.
Проснувшись, я обнаружил, что лежу на полу, на матраце той самой койки, на которой
мы принесли Лугарда. Как все болело! Руки будто вывихнуты, кости смяты непомерным
напряжением. Видимо, я застонал. Даже повернуть голову было невыносимо больно. Надо
мной появилось лицо Аннет, с темными кругами под глазами, с таким выражением,
какого я у нее раньше не видел.
- Ты проснулся... Голос ее звучал резко, и что-то в ее тоне немедленно привело меня в
себя. Я попытался сесть. Аннет не помогала, она с каким-то нетерпением смотрела на
меня, как будто ждала слишком долго. Я руками протер лицо, ощущая пыль и обломки, и
замигал.
- Как Лугард?
- Умер, - ровным голосом ответила она. Первой моей реакцией был гнев: все наши
усилия оказались напрасными; после всего, что мы сделали, Грисс ускользнул от нас. Но
тут же появилась другая мысль. Кто будет руководить нами после смерти Лугарда? До сих
пор мне некогда было думать о будущем. Когда мы достигли основания, у меня даже
появилось ощущение, что самое трудное позади. Неправда. Кое-как я поднялся. Слева на
койке лежал Тед; за ним на одной койке остальные двое из спускавших Лугарда. А из
глубины помещения, оттуда, где кухня, доносились голоса.
- Вир, ты проснулся! Я медленно повернул голову - ощущение такое, что от быстрых
движений можно распасться на части. Из общего помещения вышла Гита. Она схватила
меня за руку.
- Идем, ужин готов. Ты проспал почти весь день. Пошатнувшись, я встал. Аннет
поддержала меня.
- Здесь много еды, - сказала она, как бы уверяя себя, - и кухня работает.
Возможно, на кухне в Кинвете пахло привлекательнее, но в ту минуту я так не думал.
7
Мне пришлось опереться локтями об узкий стол, чтобы поднести к губам чашку
горячего кофе. Поглощая обжигающий напиток, я чувствовал, как уходит усталость.
Аннет сидела напротив меня, положив руки на стол. Чувствовалось, что она напряжена;
ее беспокойство передавалось мне.
- Он сошел с ума, - ровным голосом сказала она.
- Ты сама чувствовала толчки.
К чему поддерживать напрасную надежду? Я видел беженцев у Батта, верил, что
Лугард правильно оценивал опасность. Он не сумасшедший. Напротив, я начинал думать,
что он-то и оказался самым здравомыслящим человеком на Бельтане, когда потребовалось
заглянуть в будущее. Но теперь...
