 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
животное, ищущее убежища в лавовых туннелях, не похоже на жителей богатых водой
пещер. Наклонившись, я измерил отпечаток. Мелкий песок и щебень - судить о весе
животного трудно. Но вид отпечатков мне не понравился. Трехпалая лапа, по-видимому,
принадлежала какой-то рептилии.
Осмотрев след, я решил, что животное спустилось по туннелю, наткнулось на
преграду и повернуло назад. Очевидно, оно привыкло двигаться у стен, во всяком случае
все следы были там. Убрав упаковку походного рациона, я встал и осветил цепочку
следов, ведущих назад, к большой пещере. Они могли быть сделаны и час назад, и день, и
неделю. Но мне не понравилось, что около лагеря скрывается какое-то неизвестное
существо. Если это умирающий с голоду хищник, он может напасть на любого. Станнер
быстро действует на теплокровных, его воздействие на рептилий гораздо слабее, разве что
на высоком напряжении, а наши станнеры всегда настроены на низкое. Поэтому я пошел
назад так быстро, как сегодня еще не ходил. У тележки следы отделились от стены и
затерялись в центре туннеля. Осветив тележку, я увидел порванный трак. Ровные края
разрыва сделаны не скалой. Похоже, тут работали когти. А когти, способные разорвать
гусеницу... Я крепче сжал найденное оружие. Если бы отыскать свежий заряд для него,
нам не о чем было бы беспокоиться. Лазер, который плавит скалы, остановит даже
медведебизона - самое опасное существо, какое я знал. Ни один рейнджер не приближался
к нему, не оглушив предварительно станнером.. Наконец я вышел в большую пещеру.
Здесь следы резко сворачивали влево, по-прежнему держась у стены. Я был доволен этим:
если существо не любит открытых пространств, ему придется пересечь пещеру, ведущую
к лагерю, а бараки способны выдержать нападение. Нужно только соблюдать
осторожность за их стенами.
Я продолжал идти вдоль следов, пока они не исчезли в расщелине. Поглядев на карту,
я понял, что это вход в третий туннель. В пыли несколько цепочек следов вели в туннель
и из него. Похоже, эти существа тут часто ходят. Из расщелины тянуло таким холодом,
что я поразился. Если это рептилия, как она выдерживает такую температуру? Рептилии
не могут жить в жаре и под прямыми солнечными лучами, а холод делает их вялыми,
некоторые даже впадают в спячку. Именно изучение таких животных привело к открытию
"холодного сна"! До изобретения гиперпрыжков огромные расстояния между звездами
люди преодолевали в состоянии "холодного сна", лежа в похожих на гробы ящиках.
Существо, оставившее след, тем не менее выбрало туннель, еще более холодный, чем
пещера. Самые поздние следы, перекрывавшие остальные, вели туда, и я решил не ходить
по ним.
Вместо этого я пошел к лагерю. Дверь, ведущая в пункт управления оружием, была
полуоткрыта, внутри темно, темно и в бараке с коммуникатором. Повинуясь какому-то
импульсу, я не пошел к населенной казарме. В конце концов я не говорил, когда вернусь,
а мне очень нужен заряд для лазера Лугарда. Его можно отыскать здесь. Если бы он
нашелся среди припасов или в других помещениях, я бы уже знал.
Я вошел в темное штабное помещение. Закрыл за собой дверь, и тут же вспыхнул свет.
То же самое происходило и в других бараках. Но не в пункте управления огнем. Значит ли
это, что Лугард активировал только часть оборудования? Мы знаем, что коммуникатор не
действует, но что еще здесь есть?
Я подошел к картотекам. Они открывались прикосновением пальцев к реле. Когда я
прикоснулся к первому реле, шкаф открылся и я увидел пустую внутренность. Там были
секции для микрофильмов и для лент, но самих лент не было. То же и в других отсеках.
Тогда я поискал на стенах другие реле и нашел их четыре. Но если они и охраняли какие-
то тайны, то не раскрыли их. Может быть, они были настроены на отпечатки Лугарда или
даже моего отца, если к ним не притрагивались с начала войны.
Я сел к столу, положив на него оружие. В столе три ящика, тоже пустые. Потом я
увидел четвертый, узкий, прямо под столешницей. Я заметил его только потому, что его
осветил мой поясной фонарь, который я забыл выключить.
