 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
спрашивал: об этом лучше не говорить. Я потратил еще день, чтобы убедиться, что Батт
готов к защите. Аннет была этим недовольна. Затем мы ушли пешком - в этом я Аннет не
уступил. Хоппер - последнее средство спасения для оставшихся в Батте. К тому же я
считал, что лучше двигаться скрытно, хотя это удлинит путь. Лучшая наша защита - не
попадаться на глаза.
Тропа, ведущая к Батту, сильно заросла. Ею не пользовались десять лет, все
передвижение осуществлялось во флиттерах и хопперах. Но она достаточно заметна,
заблудиться невозможно. С собой мы взяли легкие рюкзаки и станнеры с запасными
зарядами. Я обыскал всю крепость в надежде найти более мощное оружие. Но, как и на
пещерной базе, его не было: должно быть, унесли с собой уходившие войска. Последним
моим делом в Батте было снять лазер, которым мы заварили дверь, с большими усилиями
перетащить его на крышу и закрепить для обороны. Не думаю, чтобы это понравилось
Аннет; вряд ли она станет им пользоваться, даже в чрезвычайных обстоятельствах.
Впрочем, кто знает, как поведет себя человек, глядящий в лицо смерти?
Мы шли по дикой местности, почти такой же запущенной, как в заповеднике, но к
полудню встретили одинокую ферму. Здесь еще одна трагедия. Как и на станции
мутантов, в загонах оставался скот. Животные почти все погибли. Мы освободили двух
еще живых тягловых животных - они съели всю траву в своих загонах, - накормили,
напоили их и выпустили на волю. Я подумал, что если на обратном пути найдем, хорошо
бы прихватить их с собой.
Что же касается мелкого скота и птицы, им уже нельзя было помочь. Дом был пуст, и
мы не знали, что случилось с хозяином и его семьей. Грабители в доме не побывали.
Мрачное начало, у которого нет и не может быть светлого конца. Мы поплелись дальше,
придерживаясь, насколько можно, дороги. Она нужна была нам, как связь с безопасным
прошлым, с цивилизацией Бельтана.
Мы почти не разговаривали, пока Тед не выпалил: - Ты думаешь, все... все погибли,
Вир?
- Возможно.
- Беженцы тоже? - Те, что в хоппере, были мертвы. Наверно, высвободили нечто, с
чем не справились.
Тед остановился и посмотрел мне в глаза. - Нам лучше... все узнать?
- Придется.
Положение Теда в Кинвете было почти таким же, как мое. Его родители погибли в
неудачном лабораторном эксперименте, воспитывался он в семье Дрексов, родственников
отца. Близких не потерял, но это не значит, что он был так же далек ото всех, как я. Он
ведь не относился к семье работника службы безопасности.
- Ты прав, - неохотно согласился он. - И что же мы будем делать, если это правда? Да,
знаю, включим портовой сигнал. Кто знает, когда его услышат?
- Корабельный закон, - коротко ответил я. - Корабельный закон? - повторил он. Потом
понял. - А, ты имеешь в виду правило космических кораблей. Создадим колонию, как если
бы высадились на необитаемой планете. Но мы ведь не уцелевшие после
кораблекрушения.
- Очень похоже на то. И у нас для начала есть больше, чем у переживших
кораблекрушение. Нам принадлежит все, что здесь осталось. Это наше - без всякого
сомнения.
- Машины не будут работать вечно. Большинство из них мы даже не сможем
обслуживать. А когда все остановится...
Да, мы будем предоставлены сами себе. Надо закрепиться до того, как остановятся
машины. Это значило заглядывать на годы вперед, а я все еще не хотел - пока не припрет.
Думаю, Теду такие мысли нравились не больше, чем мне. Он замолчал. До конца дня мы
говорили немного и только о том, что встречалось по пути. Мы заночевали у ручья в
небольшой роще. Костра не разводили. Дежурили по очереди, утром съели чрезвычайный
