 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
выжившие, которые подумали об уборке? Роботов нужно программировать тщательно:
наши поля невелики, а роботы склонны действовать, невзирая на изгороди, забредая даже
в густой кустарник, если за ними не присматривать. А здесь поля убраны правильно. Но
не видно никого с управляющим устройством. И ферм поблизости нет.
- Клиновидный овес! Узнав злак, я невольным движением чуть не остановил флиттер
в полете. Это не человеческая пища. Грубое зерно, которое сейчас убирали роботы,
обычно направлялось в заповедники, где зимой служило кормом животным. Зачем
убирать клиновидный овес теперь?
Робот, двигавшийся под нами, подошел к краю поля. Я ожидал, что он врежется в
изгородь. Возможно, какой-нибудь умирающий в бреду активировал робота, сам не
понимая, что делает. Но робот на границе поля остановился. Я еще раз облетел поле,
рассматривая подготовленные к отправке мешки с зерном и стоящего робота. Поле убрано
совсем недавно, может, только вчера. А мешков с зерном нет. Оставались лишь три у
изгороди. Остальные исчезли.
- Кто-то жив! - воскликнул Тед. - Давай поищем. Вир, мы должны!
С поля вела дорога. Мы пролетели вдоль нее, но не увидели ни фермы, ни небольшого
поселка, только амбар для зерна. И никого живого. И хоть нам срочно нужно было
возвращаться в Батт, я не мог не учитывать возможности, что кто-то из поселенцев
выжил. Поэтому я посадил флиттер на площадке, где останавливались грузовые машины.
Двери амбара широко раскрыты. А внутри ничего - ни одного мешка. Мы звали, потом я
увидел микрофон коммуникатора на стене и попробовал вызвать по нему. Ответа не было.
Возвращаясь к флиттеру, я увидел следы в пыли. Это не были следы хоппера или
машины, лесных ботинок или космических сапог. Отпечатки копыт, и я их узнал. Совсем
недавно, уже после того, как тут побывали последние машины и человек, по дороге
прошло несколько сирианских кентавров. Клиновидный овес и кентавры хорошо
увязывались друг с другом. Но робот-уборщик - кто руководил им? И вдруг я
почувствовал, что не хочу этого знать, хочу вернуться в Батт, к своим, в дикую местность,
где нет места невероятному.
- Вир, смотри - тут что-то тащили. - Тед показал полосы в пыли. Да, тащили что-то
тяжелое. Мешки с зерном или?.. Все вокруг показалось чужим. Было такое чувство, будто
мы слишком мешкаем там, где нас не хотят видеть. Не то чтобы я ощущал слежку, что
какие-то наблюдатели-нелюди лежали поблизости, разглядывая нас. Нет. Как будто мы
заглянули в покинутый дом, где больше никогда не будут жить люди. Успокаивая
разыгравшееся воображение - такие картины увидишь разве в развлекательных лентах, - я
направился к флиттеру. Набрав максимальную скорость, решил больше не отвлекаться.
Мы не снижались над полями, ждущими уборки. То, что росло там, предназначалось
для людских желудков. Нигде не видно действующих роботов. Еще месяц, может, всего
три недели, и урожай уже не спасти. Во мне росло чувство, что нам в Батте придется об
этом серьезно подумать. Припасы следует сохранить для непредвиденных обстоятельств,
а питаться тем, что дадут поля. Всегда должен быть запас на крайний случай. Необходимо
было обогнуть порт, поэтому мы пролетели над двумя небольшими поселками - Риволмом
и Пикчексом. Их не бомбили, но и они превратились в могилы. К сумеркам мы
приблизились к дикой местности, в которой находится Батт. На случай, если Аннет
продолжает включать коммуникатор, как она это делала раньше время от времени, я
настроил инструмент на волну порта - так нельзя установить, куда мы движемся, - и
передал в нашем коде:
- Говорит Вир, говорит Вир, отвечай, Грисс...
Считая, что она поймет меня (впрочем, на самом деле на ответ я не надеялся), я
установил коммуникатор на автоматический повтор вызова. Но вдруг щелчки нашего кода
были заглушены более громким сигналом. Я громко произнес, переводя с кода:
- Опасность, опасность! Я передал:
- Что случилось? - Отряды мутантов, отряды мутантов. Нас осаждают отряды
