 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
- Никто меня не узнает, - упрямилась Альда, соблюдая дистанцию, - все будет в
порядке.
Джил вздохнула: - Никто не знает, что будет. Она хотела приблизиться, но Альда
попятилась назад. Руди как-то сказал, что сумасшедшая смелость Минальды может
сравниться лишь с ее упрямством. Джил поняла теперь, что он имел в виду.
- Я вас не отпущу одну, хотите вы того или нет, - отрезала Джил. Альда слегка
покраснела и начала, сокрушаясь:
- Но вы не должны...
- Только Богу известно, кто и что должен. Джил решительно двинулась к долине,
продираясь сквозь заснеженные деревья.
- Здесь ближе. Постарайтесь, чтобы вас не заметили с наблюдательного поста на
дороге.
Альда молча последовала за ней. Через час с небольшим они были в лагере. Как Джил
и предполагала, пришельцы расположились около Высоких ворот. В прошлом эти
смотровые башни стояли на границе Королевства, охраняя его от нападений
разрозненных мелких княжеств. Но когда границы расширились, башни превратились в
руины, оставаясь крепостью для птиц и животных. По дороге девушки встретили худого
серого человека, который раньше, судя по обвислым щекам, был очень толстым. Поверх
лохмотьев был накинут грязный плащ, отделанный золоченым бархатом. Альда
объяснила, что хочет поговорить с их предводителем. Лагерь пропах запахом нечистот и
дыма. Скудный скарб, посуда и кучки хвороста валялись на грязном снегу. Мужчины и
женщины сидели вокруг костров или обреченно сновали между ними. Здесь было совсем
тихо, если не считать жалобного плача детей. И Джил устыдилась своего плаща, силы и
сытного обеда, который она с аппетитом съела днем. Они остановились перед шалашом.
Около входа, на ложе из сосновых веток, сидел мужчина и ласково поглаживал хрупкие
щуплые руки двух спящих малышей с заплаканными лицами. Дети спали, прижавшись
друг к другу. Он поднял голову, когда тени Джил и Минальды заслонили свет.
- Милорд?
Мужчина медленно и осторожно поднялся, чтобы не разбудить детей, и вышел из
шалаша. Джил сразу же узнала монаха, который просил Алвира о помощи.
- Это ты? Траго? - взгляд темных запавших глаз скользнул по тощему человеку,
сопровождавшему Джил и Альду, и задержался на их лицах. - Ты можешь идти, Траго.
Скажи, чтобы кто-нибудь побыл с мальчиками.
Траго пошел в лагерь. Мужчина повернулся к ним. Кожа его лица казалась восковой на
фоне неухоженной бороды.
- Я - Майо Трана, аббат из Пенамбры, - тихо представился он. Альда пустилась в
путаные объяснения, но он вдруг улыбнулся, и белоснежные зубы сверкнули в бороде.
- Мой предшественник наверняка присутствовал на вашей свадьбе, Ваше величество.
Щеки Альды покрылись густым румянцем. Мужчина продолжал: - Я был капитаном
его стражи.
И он почтительно склонил голову, отдавая дань ее высокому положению. В его голосе
не было иронии, когда он произнес:
- Добро пожаловать в то, что осталось от Пенамбры. - Мне очень жаль, - прошептала
Альда. - Не думайте, что я пришла из праздного любопытства.
- Ну что вы, - успокоил он девушку. - Но раз вы без охраны и инкогнито, то, стало
быть, визит ваш носит тайный характер.
Он понял, что Альда пришла без ведома и одобрения брата. Она подняла глаза,
стараясь поймать его взгляд.
- Очень жаль, - повторила она. - Я не могла не придти. - Я понимаю, - сказал Майо, -
спасибо за сочувствие.
Он взглянул поверх голов на лагерь. В воздухе стоял нестерпимый смрад падали, из
которой варили ужин. Надрывный плач детей не прекращался ни на минуту.
