 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
смещение действий физических законов...
Когда разговор повернул к обсуждению теоретической магии и ее связи с военным
искусством, Руди слушал, озадаченный; если у Ингольда был свой логический конец в
этом сценарии, то у Джил, ясно как день, был свой.
Через некоторое время Ингольд стал кормить Тира, а Джил вышла на веранду.
Она сидела на краю высокой платформы, обхватив руками низ стойки старой шаткой
балюстрады, и болтала ногами, рассматривая холмы, переходящие от рыжевато-золотых
к кристальным, подобным ледяным скалам. Вечерний ветер мягко шевелил золотистую
траву на пустырях вокруг. Каждая скала и засохшее дерево были по-своему неповторимо-
прекрасно окрашены закатом. Теплый свет даже придал что-то неземное и нереальное
осевшим облакам голубой "импалы" и кроваво-красному "фольксвагену", полускрытому
зарослями прячущейся буйной травы.
Она услышала, как сзади хлопнула дверь, и почувствовала тяжелый запах
прокопченного сала и шерсти, когда рядом сел Ингольд, снова одевший свою темную
мантию поверх светлой домотканой рубахи. Несколько минут они молча смотрели на
закат в теплом дружеском молчании. Джил улыбнулась.
Наконец он сказал:
- Спасибо, что приехала, Джил. Ты и сама не понимаешь, как помогла нам с Тиром.
Она покачала головой. - Ерунда.
- Ты очень недовольна тем, что приходится взять Руди обратно? - По его голосу она
могла понять, что он почувствовал ее неприязнь и беспокоится из-за этого.
- Я не против, - она повернула голову, опершись щекой о руку на перилах. - С ним все в
порядке. Если бы я вас не знала, я, наверное, и сама бы не поверила вашим словам, - она
заметила в золотой дымке света, что, хоть Ингольд был седым, его брови оставались
такими же огненно-рыжими, какими, должно быть, были его волосы в молодости. Она
продолжала: - Но я собираюсь довезти его до главного хайвэя и вернуться. Я не хочу
оставлять вас здесь одного.
- Со мной ничего не случится, - поспешил заверить ее колдун. - Как сказать, -
ответила она.
Он посмотрел в ее сторону.
- Ты же знаешь, что все равно не сможешь помочь, если что-нибудь и случится.
- Вы лишены магической силы в этом мире, - мягко возразила она, - и вы в
безвыходном положении. Я не оставлю вас.
Ингольд сложил руки на перилах, опершись подбородком на скрещенные запястья,
казалось, он только наблюдает за игрой ветра в высокой траве над верандой. Вокруг его
головы был нимб из солнечных лучей.
- Я ценю твою преданность, - наконец сказал он. - Но ситуация изменится. Видишь ли,
я решил рискнуть и вернуться сегодня, прежде чем совсем стемнеет.
Джил посмотрела одновременно облегченно и озабоченно: - А как же Тир?
- Я могу наложить охранительные чары на нас обоих, что должно защитить его от
худшего. - Солнце уже касалось края холмов, вечерний ветер повеял легкой прохладой. -
Когда мы с Тиром вернемся, в моем мире будет еще целых два часа дневного света - в
Пустоте, кажется, происходит временной сдвиг, твой и мой миры не совсем синхронны.
Надеюсь, мы успеем до темноты.
- Это очень опасно? - Возможно, - он немного повернул голову, чтобы встретиться с
ней глазами, и в тускнеющем вечернем свете ей подумалось, что он выглядит уставшим,
тень от перил упала на его лицо, но не в силах была скрыть глубоких морщин вокруг рта и
глаз. Его пальцы небрежно скользили по зарубкам на дереве, ничто не выдавало в нем
волнения. - Уж лучше я пойду на этот риск, чем подвергну угрозе ваш мир, вашу
цивилизацию в том случае, если Дарки станут преследовать меня через Пустоту.
Потом Ингольд вздохнул и встал, будто прогоняя эту мысль от себя. Он помог Джил
подняться, его рука была грубой, теплой и сильной.
