 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
нервозность вызвана пребыванием в заброшенном доме с одураченной студенткой и
обаятельным, но полностью спятившим старикашкой с острым, как бритва, мечом... После
этого загробного мрака темная кухня показалась почти яркой; он смог разобрать неясные
формы стола, буфета, серебристый отблеск металлического крана, бледный отчетливый
отсвет окон на полу, одно слева - с выбитым стеклом.
Потом он наконец увидел, _ч_т_о_ проникало в комнату через разбитое окно.
... Руди так никогда не узнал, как добрался до спальни, хотя потом увидел синяки на
теле, там, где он налетал на стены. Помнилось, что в один момент он стоял в темноте в
маленькой кухне и видел ужасное существо, вползавшее в окно, а в другой - уже падал на
дверь спальни, чтобы захлопнуть ее, всхлипывая:
- Это там! Это там!
Ингольд, стоящий над ним, - мрачное иссеченное шрамами лицо вырисовывалось в
туманном отблеске его клинка - усмехаясь, говорил:
- А ты чего ждал, Руди? Людей?
Вспыхнуло пламя. Джил развела что-то вроде костра из щепок в середине цементного
пола и закашлялась от едкого дыма. Лежа на продавленном матраце, Тир смотрел во Тьму
расширенными от ужаса глазами, скуля, как раненый щенок, боящийся лаять. Другой
ребенок орал бы во весь голос, но те атавистические воспоминания, что наполняли этот
детский мозг, подсказывали ему, что громкий крик означает смерть.
Руди медленно поднялся на ноги, его била сильная дрожь. - Что нам делать? - шептал
он. - Можем выбраться незаметно, добраться до машины...
- Ты думаешь, машина заведется? - в тлеющем оранжевом мерцании глаза старика не
отрывались от двери. Даже когда он говорил, Руди видел, что обе его руки сжимали
рукоять меча, изготовясь к удару. - Сомневаюсь, что мы доберемся до машины. Это
невозможно.
Руди сглотнул, похолодев от шока, когда снова представил себе _э_т_о - маленькое и
омерзительное, но полное невыразимого ужаса.
- Вы хотите сказать - оно меняет свой размер?
- О да. - С мечом в руке Ингольд, крадучись, двинулся к двери. - Тьма не материальна в
том смысле, как мы понимаем материю. Они только частично видимы и не всегда имеют
одно и то же строение. Я видел, как они менялись от размера с две твоих головы до
превышающего этот дом за доли секунды.
Руди вытер вспотевшие ладони о джинсы. Он дрожал от ужаса и был полностью сбит с
толку.
- Но если... если они нематериальны, - он заикался, - что мы можем поделать? Как мы
можем бороться?
- Есть способы: - Отблески пламени играли на залатанной мантии Ингольда, когда он
стоял, одной рукой опершись на шарообразную ручку двери, в другой держа наготове
мерцающий колдовским светом меч, наклонив голову, прислушиваясь к какому-то звуку.
Немного погодя он заговорил снова, шепотом:
- Джил, я хочу, чтобы ты взяла Тира и укрылась между кроватью и стеной. Руди,
сколько у нас топлива?
- Немного. Это дерево сухое, как трава. Оно быстро прогорает. Ингольд отступил от
двери, хотя не выпускал ее из виду ни на секунду. Маленькая комната была полна дыма,
огонь уже затухал, слабо, из последних сил удерживая подступающий круг теней.
Не оборачиваясь, он протянул руку: - Дай мне керосин, Руди.
Руди молча повиновался.
Теперь двигаясь быстро, ловко, заученным движением вложив меч в ножны, Ингольд
взял канистру и, отвинтив крышку, плеснул керосин на сухое дерево двери. Керосин
засверкал в желтом свете костра, от его удушающего запаха, смешавшегося с гарью, Джил
чуть не лишилась чувств; она стояла, прислонившись спиной к ледяному бетону стены,
прижимая к себе притихшего ребенка.
