 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
раздраженно спросила Джил, и Руди коротко объяснил ей взгляд местной Церкви на
магию. Джил воздержалась от комментариев.
- Аббатиса очень сильна в вере, она фанатичка, - сказал Ледяной Сокол своим мягким
бесстрастным голосом. - К тому же и королева могла бы отдать приказ о его аресте. В
любом случае, она тоже никогда не доверяла Ингольду.
- Да, но королева сейчас в Восьмой секции, - нахмурившись, сказал Руди, - и кто бы ни
схватил его, мы должны найти, где его держат, если не хотим остаться тут еще на
ближайшую ночь.
- Не говоря о ближайших пятидесяти годах, если они решат замуровать его в какой-
нибудь подземной тюрьме и забыть о нем, - добавила Джил, ее голос срывался от страха и
возмущения.
- Да, - согласился Руди, - хотя я лично не хотел бы отвечать за то, чтобы все время
убирать с дороги этого старого обманщика.
- Смотрите, - сказал Ледяной Сокол. - Карст - небольшой город. Они поместят его в
тюрьму Городского Зала, в подвалы под виллой Алвира или где-нибудь в летнем дворце
аббатисы. Разделившись, мы сможем найти его за час. Тогда можно сделать то, что вы
хотите сделать.
Дрожь в интонациях этого мягкого ровного голоса кольнула нервы Руди внезапным
предчувствием несчастья, но непроницаемые морозно-белые глаза заставили его читать
смысл в словах. Альда говорила, что все стражники - безумцы. Но достаточно ли они
безумны, чтобы вытащить колдуна из темницы под носом у властей?
Руди задумался, хочет ли он попасть и в этот переплет. С другой стороны, он
понимал, что у него не было выбора. Либо взломать тюрьму в темноте, либо провести
ночь или, один Бог знает, сколько еще ночей в этом мире. Даже стоя в тишине темной
улицы, Руди почувствовал себя одиноко.
- О'кей, - сказал он с наибольшей бодростью, какую смог обнаружить в этих
обстоятельствах. - Встречаемся за Городским Залом через час.
Они разделились, Руди поспешил назад, к воротам Алвирова сада, раздумывая, как
следует действовать, чтобы найти правильный подход к Альде и, что более важно, к
Медде, чтобы попасть внутрь и осмотреть виллу.
Джил и Ледяной Сокол двинулись в другом направлении, инстинктивно прижимаясь к
стенам для защиты, ориентируясь по красноватому отражению огней на городской
площади. Это была темная, немного облачная ночь, и Джил поеживалась, чувствуя себя
как в западне на улице, ограниченной с боков и открытой спереди. Плащ и меч путались у
нее в ногах, и ей приходилось торопиться, чтобы угнаться за широким шагом молодого
человека перед ней.
Они были на виду у освещенной огнями толпы на площади, когда Ледяной Сокол
остановился и поднял голову, вслушиваясь, как потревоженный зверь.
- Ты слышишь? - его голос был шепотом во тьме, лицо и бледные волосы - пятном,
окаймленным розовым отблеском костров.
Джил тоже остановилась, прислушиваясь к холодной тишине ночи. Пахнущий сосной
ветер доносил звуки из-за города, далекие звуки, искаженные мраком, но не вызывающие
сомнений, что из тьмы лесов, окружавших город, ветер доносил вопли:
- Дарки в Карсте!
В Карсте не было битвы - только тысяча арьергардных стычек в наводненных Тьмой
лесах групп стражников, воинов Церкви и личных войск знати и наместника. Патрули
делали вылазки из горящей центральной крепости на освещенной красным городской
площади и приводили сгрудившиеся кучки перепуганных беглецов, рассеянных по лесам
и переживших первую атаку.
Джил вдруг обнаружила, что она с мечом в руке сражается вместе с людьми Ледяного
