 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
поверить. Изображение на картине двигалось. Причем все это было совсем не похоже на
кино: краски были слишком естественными и чистыми, как на открытом воздухе. Нос
корабля опустился в волну, и вверх взметнулся большой фонтан брызг. Затем волна
поднялась позади корабля, стали видны его корма и палуба, а затем, когда подкатилась
новая волна, они снова исчезли из виду, и нос корабля опять взлетел вверх. В тот же
момент учебник, валявшийся на кровати рядом с Эдмундом, зашелестел, поднялся в
воздух и поплыл к стене у него за спиной. Люси почувствовала, что волосы хлещут ее по
лицу, как в ветреный день. А это и был ветреный день, только ветер дул из картины по
направлению к ним. Внезапно вместе с ветром стал слышен шум: свист волн, шум воды,
бьющей по бокам корабля, скрип и над всем этим постоянный рев воздуха и воды. Но
именно запах, свежий соленый запах моря убедил Люси в том, что она не грезит.
- Прекратите это, - послышался голос Юстаса, дрожащий от страха и злости. - Это вы
двое устраиваете какие-то глупые фокусы. Прекратите это. Я пожалуюсь Альберте, ой!
Двое Пэвенси были гораздо более привычны к приключениям, но, как раз в ту минуту,
когда Юстас Кларенс воскликнул: "Ой", они тоже сказали: "Ой". Дело в том, что
огромный холодный, соленый фонтан воды вырвался прямо из рамы и обрушился на них;
от удара они просто задохнулись да, кроме того еще, и промокли насквозь.
- Я разобью эту дрянь, - закричал Юстас, а затем произошло следующее. Юстас
бросился к картине. Эдмунд, знавший кое-что о волшебстве, прыгнул за ним,
предупреждая, чтобы он смотрел в оба и не валял дурака. Люси схватила его с другой
стороны, и ее потащило вперед. К этому моменту то ли дети сильно уменьшились, то ли
картина увеличилась в размерах. Юстас подпрыгнул, пытаясь сорвать ее со стены, и
очутился на раме; перед ним было не стекло, а настоящее море, он стоял, как на скале, а
волны и ветер стремительно рвались к нему. Юстас потерял голову и вцепился в своих
кузенов, которые вспрыгнули на раму рядом с ним. Секунду-другую они боролись и
кричали, и как только им показалось, что они наконец обрели равновесие, огромный
синий вал нахлынул на них, сбил с ног и потащил вниз, в море. Отчаянный крик Юстаса
внезапно смолк: вода попала ему в рот.
Люси благодарила свою счастливую звезду за то, что в последнюю летнюю четверть
усердно занималась плаванием. Правда, она гораздо больше преуспела бы, если бы реже
взмахивала руками; и кроме того, вода была значительно холоднее, чем казалось прежде,
в комнате. Тем не менее, Люси не теряла голову и сбросила туфли, как должен сделать
каждый, кто в одежде падает в воду в глубоком месте. Она даже держала рот закрытым, а
глаза - открытыми. Они были все еще недалеко от корабля: Люси видела возвышающийся
над ними его зеленый бок и людей, глядящих на нее с палубы. Затем, как и следовало
ожидать, в нее в панике вцепился Юстас, и оба пошли ко дну.
Когда они снова оказались на поверхности, Люси увидела, как с борта корабля нырнула
в море какая-то белая фигура. Теперь рядом с ней был Эдмунд, он схватил за руки
воющего Юстаса. Затем кто-то еще, чье лицо было смутно ей знакомо, подхватил ее рукой
с другой стороны. С корабля доносились крики, над фальшбортом появились головы, вниз
спускались канаты. Эдмунд и незнакомец обвязывали Люси веревками. После этого
последовала заминка, показавшаяся ей очень долгой: за это время ее лицо посинело от
холода, а зубы начали стучать. На самом деле прошло не так уж много времени; они
выжидали момент, когда ее можно было бы поднять на борт, не ударив о борт корабля. Но
когда промокшая до нитки, дрожащая Люси наконец оказалась на палубе, у нее, несмотря
на все их старания, была разбита коленка. Следом за ней вытащили Эдмунда, а затем
несчастного Юстаса, последним из всех появился незнакомец - золотоволосый мальчик,
всего несколькими годами старше, чем она сама.
- Кэ... Кэ... Каспиан! - выдохнула Люси, как только смогла отдышаться. Ибо это был
Каспиан, мальчик-король Нарнии, которому они помогли взойти на трон, когда последний
раз были здесь. В ту же секунду Эдмунд тоже узнал его. Все трое с большой радостью
схватились за руки и заключили друг друга в объятия.
