 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
были очень симпатичные.
- Слушайте, слушайте их обоих, - сказали Моноподы. - Вот это пара. Всегда правы.
Лучше они не могли бы все сформулировать.
- Но мы же говорим совершенно противоположные вещи! - воскликнула Люси, топая
ногой от нетерпения.
- Именно так, совершенно верно, именно так, - откликнулись Моноподы. - Ничего нет
лучше противоположностей. Так и продолжайте оба.
- Да вы кого угодно сведете с ума, - сказала Люси, сдавшись. Однако Моноподы
казались совершенно удовлетворенными, и она решила! что в целом беседа удалась.
Прежде чем этим вечером все отправились спать, случилось еще кое-что, отчего
Дафферы стали еще больше довольны своим одноногим состоянием. Каспиан и все
Нарнианцы, как можно скорее, отправились обратно на берег, чтобы сообщить новости
Ринсу и всем остальным, находившимся на борту "Рассветного Путника" и к этому
времени уже довольно сильно беспокоившимся о них. И, конечно же, Моноподы
отправились с ними, прыгая, как футбольные мячики, и громко соглашаясь друг с другом
до тех пор, пока Юстас не сказал:
- Хотел бы я, чтобы Чародей сделал их не невидимыми, а неслышимыми. О н вскоре
пожалел о своих словах, потому что ему тут же пришлось объяснять, что неслышимый -
это тот, кого невозможно услышать, и, хотя он очень старался, он так до конца и не был
уверен, что Моноподы действительно поняли его. А что ему больше всего не нравилось,
так это то, что в конце концов они заявили:
- Э, да он не умеет формулировать мысли так, как наш Главный. Но Вы научитесь,
молодой человек. Прислушивайтесь к нему. Он Вам покажет, как нужно говорить. Уж он-
то настоящий оратор!
Когда они добрались до залива, у Рипичипа возникла блестящая идея. Он попросил
спустить на воду свою маленькую плетеную лодочку и плескался в ней до тех пор, пока
Моноподы не заинтересовались достаточно основательно. Тогда он встал в лодочке и
сказал:
- Почтеннейшие и разумнейшие Моноподы, вам не нужны лодки. Каждый из вас может
использовать ногу для этой цели. Попробуйте просто прыгнуть так легко, как только
сможете, на воду, и вы увидите, что произойдет.
Главный Монопод отошел назад, предупреждая остальных, что вода довольно-таки
мокрая, но двое или трое из молодежи все-таки рискнули; затем еще некоторые
последовали их примеру, и в конце концов все сделали тоже самое. Дело пошло.
Единственная огромная ступня Монопода выступала в качестве естественного плота или
лодки, и, когда Рипичип научил их вырезать для себя грубые весла, они стали грести по
всему заливчику вокруг "Рассветного Путника" и выглядели при этом совершенно, как
флотилия маленьких каноэ, на корме каждого из которых стоит по толстому гному.
Моноподы в конце концов даже устроили гонки, а с корабля им спустили бутылки вина
вместо призов, и все моряки перегнулись через борт и смеялись до упаду.
Еще Дафферам очень понравилось их новое имя - Моноподы - оно казалось им просто
великолепным именем, хотя они ни разу не смогли произнести его правильно.
- Именно такие мы и есть, - оглушающе кричали они. - Монипады, Помоноды,
Поддимоны. У нас и у самих точно такое же название вертелось на кончике языка.
Но скоро они перепутали его со своим старым именем - Дафферы - и в конце концов
остановились на том, чтобы называть себя Даффлпадами. И вполне возможно, что именно
это имя и закрепилось за ними на века.
Этим вечером все Нарнианцы ужинали в доме Чародея, и Люси заметила, несколько
по-другому выглядел весь верхний этаж теперь, когда она уже не боялась его.
Таинственные знаки на дверях по-прежнему оставались таинственными, но теперь они
выглядели так, как будто у них был добрый и радостный смысл, и даже бородатое зеркало
казалось скорее забавным, чем страшным. За обедом, как по волшебству, каждый получил
