 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Ясно, что они искали бумаги Бруни. Плотников не сразу спохватился. Прибежал
обратно и потребовал личного обыска.
Шубин сидел на краю нар. Спать совсем не хотелось. Ничего не хотелось, только
вырваться их этой камеры. Но он понимал, что сейчас в этой суматохе никто его не
разыщет. Эля? Эля спохватится, конечно, но кто она - шоферша? Случайная девочка?
Борис? Бориса они постараются изолировать. Было бы окно - написал бы записку для
генерала Мелконяна. Черта с два напишешь записку! Они отобрали бумажник и
записную книжку, сейчас шестерка сидит у лейтенанта или в какой-нибудь спецкомнате -
изучают его бумажки.
- Закурить не найдется? - трезвым голосом спросил сосед по камере.
- Сейчас, - сказал Шубин. Сигареты ему оставили. Пока он доставал сигареты и
спичка, сосед снова заснул. Шубин закурил. За дверью простучали сапоги. Потом снова
тишина. Шубин подошел к двери, приложив ухо к решетке, стал слушать. Далеко по
коридору звучали голоса. Потом хлопнула дверь. И Шубин не столько услышал, сколько
почувствовал тишину в отделении. А чего он ждал? Что они будут здесь сидеть,
сторожить его?
Шубин постучал в дверь. Неизвестно зачем, но постучал. Потом сильнее. Ему хотелось
стучать в дверь, ему хотелось колотить в нее, вкладывая в эти удары возмущение
собственным бессилием.
- Не шуми, - сказал сосед. - Мешаешь.
Шубин спохватился. В самом деле глупо. Ну лучше ли продумать линию поведения?
Может, изобразить полное раскаяние? обещать, что будет молчать...
Далеко хлопнула дверь.
Кто-то вошел в отделение. Шаги замерли. Потом возобновились. Они приближались к
двери. Шубин отступил в сторону. Шаги были медленные, осторожные, в них была
угроза.
Звякнула щеколда. Дверь открылась. Шубин стоял, прислонившись к стене.
- Ты здесь? - услышал он голос Коли. Коля вошел в камеру.
- Не бойся, - сказал он. - Это я. Коля тоже был не брит, но у него светлые волосы, так
что не очень заметно. На лбу ссадина.
- Коля! - Шубину захотелось броситься к нему, обнять как старого друга, но Коля был
строг и сух.
- Выходи, - сказал он.
Затем протянул Шубину его бумажник. И Шубин подумал: кофе шестерка все-таки
взял себе.
- Быстрее, - сказал Коля. - Я из-за тебя под суд идти не желаю.
- Сейчас, - Шубину почему-то принялся застегивать молнию аляски.
Коля выглянул в коридор. - Там никого нет, - сказал Шубин. - Без тебя знаю. Нет, не
в эту сторону, в другую. Он провел Шубина по коридору, открыл своим ключом белую
дверь, и они оказались на перроне.
- Иди вперед и не оглядывайся, - сказал Коля. Со стороны должно было казаться, что
милиционер ведет задержанного. Перрон был пуст. По дальнему пути двигался
маневровый паровоз. Из открытых дверей товарного вагона солдаты разгружали какие-то
мешки. Встретившийся железнодорожник скользнул по Шубину равнодушным взглядом.
- Направо, - сказал Коля.
Они остановились в темном проходе между вокзалом и одноэтажным заданием.
- Ну вот так, - сказал коля другим голосом. - Вот так получилось.
- Ты откуда узнал, что меня забрали? - Услышал, - сказал он. - Говорили.
- И ты понял, почему?
- А чего тут не понять, - сказал Коля. - Они тебе хотели убийство Спиридонова
пришить. Ты бы не отвертелся.
