 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
кивнул Сабулу и ушел.
Шевек сел на омнибус, который шел в центр города. Он все еще спешил, что-то
подгоняло его. Он шел по определенному маршруту и хотел дойти до конца, дойти и
отдохнуть. Он пошел в Центральное Бюро Назначений Управления Распределения
Рабочей Силы, чтобы попросить назначение в общину, в которую уехала Таквер.
РРС, со своими компьютерами и со своей сложнейшей задачей -- координировать
распределение рабочей силы -- занимало целую площадь; здания, в которых оно
размещалось, были красивы, по анарресским стандартам -- величественны, с изящными,
простыми обводами. Внутри в Центральном Бюро были высокие потолки; оно
напоминало сарай; в нем было полно людей, работа в нем так и кипела, стены были
увешаны объявлениями о назначениях и указаниями, в какой отдел или окно обращаться
по тому или иному вопросу. Стоя в одной из очередей, Шевек прислушивался к разговору
стоявших впереди него шестнадцатилетнего паренька и старика, которому было за
шестьдесят. Паренек
пришел проситься добровольцем на борьбу с угрозой голода. Он был полон
благородных чувств, его переполняли чувство братства, жажда приключений, надежда.
Он был в восторге от того, что уезжает самостоятельно, оставляет детство позади. Он
говорил без умолку, как ребенок; голос у него еще ломался.
"Свобода, свобода! " -- звенело в его возбужденном голосе, в каждом его слове; а
ворчливый, низкий голос старика пробивался через его речи, поддразнивая, но
не угрожая, насмехаясь, но не предостерегая. Старик хвалил мальчику свободу,
возможность куда-то поехать и что-то сделать, хвалил и поддерживал в нем это чувство,
хотя и посмеивался над тем, как он важничает. Шевек слушал их с удовольствием. Они
прервали сегодняшнюю полосу абсурда.
Как только Шевек объяснил, куда он хочет ехать, у служащей сделалось
озабоченное лицо; она принесла атлас и развернула его на разделяющем их барьере.
-- Вот, смотри, -- сказала она. Она была некрасивая, маленькая, с большими
неровными зубами; ловкими, мягкими руками она переворачивала пестрые страницы
атласа. -- Видишь, вот Рольни, полуостров, выступает в северную часть Темаэнского
моря. Это просто большая песчаная коса. На нем вообще
ничего нет, только вот здесь, на конце, морские лаборатории. А дальше по всему
побережью -- сплошь болота и солончаки до самой Гармонии -- это тысяча
километров. А к западу от нее -- Прибрежные Пустоши, сплошной песок да кустарник.
Ближе всего к Рольни ты мог бы оказаться, если бы попал в какой-нибудь городок в горах;
но они не подавали никаких заявок; они там как-то обходятся своими силами... Конечно,
ты все равно мог бы туда поехать, -- добавила она, чуть изменив тон.
-- Это слишком далеко от Рольни, -- ответил Шевек, глядя на карту, заметив в
горах Северо-Востока Круглую Долину -- маленький, лежащий вдали от дорог городок, в
котором выросла Таквер. -- А может быть, в морской лаборатории нужен уборщик?
Статистик? Служитель -- кормить рыб?
-- Сейчас выясню.
Картотеки в РРС обслуживались людьми, и компьютерами, работавшими
необычайно эффективно. Не прошло и пяти минут, как служащая разыскала среди
огромного количества входящей и исходящей информации обо всех рабочих местах,
занятых и свободных, и о степени важности каждого из них в общей экономике планеты
нужные сведения.
-- К ним только что срочно направили сотрудника... как раз эту партнершу, да?
Теперь у них весь штат укомплектован: четыре лаборанта и опытный отловщик.
Шевек оперся локтями на барьер, наклонил голову и начал ее чесать; это был жест
растерянности и чувства поражения, скрытых за смущением. -- Ну, не знаю, что делать, -
- сказал он.
-- Слушай, брат, а партнершу надолго отправили?
-- На неопределенный срок.
