 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
лучше всего, если я один. - Как хотите. Берите все, что считаете нужным. И делайте все,
что необходимо.
- Было бы лучше послать кого-то другого на установку в Мертвой Земле. Я хотел бы
уснуть после того, как закончу с этим делом, - до следующего цикла. - Все будет в
порядке, Джарри. Примите наши соболезнования.
- Да, и наши...
Джарри кивнул, махнул рукой, повернулся, вышел. Вот так, тяжелыми штрихами,
намечает свой рисунок жизнь.
На юго-восточной границе Мертвой Земли высилась голубая гора. Три тысячи метров,
чуть больше. Если лететь к ней с северо-запада, она казалась застывшей волной
непредставимо огромного моря. На ее вершине отдыхали пурпурные облака. Ни одно
живое существо не ступало на ее склоны. У нее не было имени, и она приняла то, что
оставил ей Джарри.
Он посадил флаер.
Он донес ее тело так высоко, как можно донести тело. Он уложил ее, одел ее в лучшие
одежды, закрыл широким шарфом сломанную шею, набросил темную вуаль на
безжизненное лицо.
Он начинал молитву, когда с неба ударил град. Словно камни, куски синего льда
падали на него, на нее.
- Проклятье на вас! - закричал он и помчался вниз к флаеру. Подняв машину, он стал
кружить в воздухе.
Ее одежды хлопали на ветру. Падающий занавес из синих бусин града порвал все связи
между ними, кроме последней ласки: огонь переплавит лед в лед, прах переплавит в
бессмертие - огонь из пушки.
Он нажал на гашетку, и сияющий ярче солнц огненный туннель открылся в теле
безымянной горы. Она исчезла в нем, и он расширял этот туннель до тех пор, пока не
сравнял всю верхушку горы.
Затем он поднялся вверх, в облака, атакуя грозу, пока у пушек не кончился весь заряд.
Тогда он сделал в воздухе круг над оплавленной столовой горой, на юго-восточной
границе Мертвой Земли.
Круг над первым погребальным костром этого мира. Потом он улетел, чтобы проспать
до поры беззвучным сном льда и камня, чтобы получить в свое владение новый Элионол.
В таком сне не бывает сновидений.
Пятнадцать столетий. Почти половина Ожидания. Двадцать строк, не больше...
Представьте...
... Девятнадцать полноводных рек впадают в черные моря, покрытые фиолетовой
рябью.
... Мелколесье цвета йода исчезло. Всю сушу заняли мощные деревья с толстой корой -
оранжевые, желтые, черные, очень высокие.
... Величественные горные цепи там, где раньше были только холмы - бурые, желтые,
белые, светло-лиловые.
... Цветы, чьи корни пробивают почву на двадцать метров вглубь от их горчичных
лепестков, распускающихся посреди голубого инея и камней.
... Слепые кротовидные зарылись глубже; ночные пожиратели падали обзавелись
мощными челюстями и впечатляющими рядами резцов; гигантские гусеницы стали
меньше, но выглядят крупнее из-за усилившегося волосяного покрова.
... Изгибы долин еще напоминают контуры женского тела, округлые и плавные, или
музыкальный инструмент.
... Выветренных камней стало больше, но они всегда покрыты инеем. ... Звуки по утрам
как всегда резкие, ломкие, металлические.
Они были уверены, что находятся на полпути в рай.
