 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
первое знакомство с книгами Толкиена или... - тут Покровский пошевелил в воздухе
пальцами в том смысле, что слушатели должны понять о чем идет речь. Роше
понимающе отхлебнул кофе.
* * *
Действительно, Прерия ночью была другой планетой, чем днем, столица - другим
городом, а люди их населяющие - другим народом. Большая Ночь странно изменяла все
тут. И Киму стоило немалых усилий вновь узнавать ставшие уже
было привычными улицы городского центра. Никак не кончающий моросить мелкий
дождик делал странствие по ним особо путанным и неуютным. На кар Энни он
чуть было не налетел в тот момент, когда уже решил, что вконец потерял его
позорнейшим образом.
Полуспортивный Тендресс был припаркован у нелепой громады древнего Почтамта
наредкость неожиданным образом. Ким только крякнул, счастливо избежав
необходимости вписаться бампером в имущество корпункта Гэлэкси ньюс. Выйдя из кара,
поежился под сеющимся дождиком, окинул взглядом
многоэтажную, похожую на док для дирижаблей, громаду здания. Задача
нахождения иголки в стоге сена стояла перед ним в совершенно правильном масштабе -
если принять во внимание размеры Почтамта и комплекцию Энни. Войдя в широченные
двери архитектурной громады, он понял, однако, что Черт все-таки не так страшен, как
его малюют. Что до Энни, то она знала это всегда.
Когда-то - в худые времена Изоляции, когда дороги Республик Прерии всерьез
переходили с электротяги на гужевую, для спасения энергетики начали строить
электростанции на угле и нефти, а высокие технологии шли на убыль,
бумажная документация расцвела на планете пышным цветом. Люди узнавали
новости из газет, учились читать по отпечатанным на бумаге книжкам в
картонных переплетах и писали друг другу обширные, на многих страницах письма -
личные и деловые. И все эти горы бумаги армии служащих прокачивали через конвейеры,
сортировочные столы и конторки огромного каменного улья,
воздвигнутого на перекрестке проспектов Фрейда и Павлова.
Возрождение информационных сетей, компьютерных, волоконных, лазерных технологий
опустошило этот муравейник. Часть залов арендовали теперь музеи и оффисы, часть их
пустовала, и лишь небольшая - в подземных этажах здания сосредоточенная - часть
помещений использовалась по назначению. Среди них - лабиринт абонентских ящиков и
знаменитый Почтовый буфет, известный всей
пишущей братии Прерии, и ставший со временем претендовать аж на некую
богемную исключительность. Основана такая претензия была, в основном, на низких
ценах на снедь и спиртное - секрете, тщательно охраняемом
многочисленной и, вообще-то, болтливым крапивным племенем людей пера. Всякий раз
проверяя конфиденциальную почту своего коррпункта, Энни
заворачивала сюда. Сегодня - в последний раз. Билет в иные Миры уже ждал ее на
Космотерминале, и чемоданы были уже давно уложены. По этому случаю можно было
позволить себе погрустить в одиночку над чашкой здешнего мерзкого
кофе, сдобренного рюмочкой кюрасао. Для этой капли алкоголя был и другой повод -
конверт, вынутый Энни из абонентского ящика. Письмо, написанное
второпях на грани ночи и сегодняшнего утра, практически на ее глазах.
Письмо издалека. Наверное - с Того Света...
И еще ее беспокоил человек, уныло потягивавший пиво у стойки бара. Она уже не
первый раз видела его сегодня. И вообще, он был знаком ей, но только вот - в какой
связи?
