 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Еще - девять человек в ресторане и казино. Крупье, вышибалы, повара-операторы и
артисты по контракту. Но они - в зимнем саду, мы с ними не контактируем без
надобности. Охрана - это своя епархия. Ловля собак в их обязанности не входит, я думаю.
Мы - тихое заведение, господа. Полная автоматизация, доставочные линии, киберсауна,
солярий, "виртуалка", биллиардная - все на
электронике... Если надо - есть даже "электронный собеседник" -
это сейчас модно. Сами понимаете, сервисные автоматы за собаками не гоняются. Мы,
конечно, дали знать в полицию... Если вас так волнует судьба псины - свяжитесь...
Конечно, жалко будет, если
такое прекрасное животное свезут на живодерню...
- Нацарапайте здесь номер канала, по которому мы можем найти э-э... Янека, - Роше
протянул доку блокнот. И его адрес.
Доктор кашлянул, доставая из кармашка крохотную авторучку. - Вряд ли Янек будет
отвечать на вызовы - он, думаю, хочет
"зажать" пару часов от своего дежурства, раз уж пришлось смениться раньше времени. А
живет он неподалеку - на Малой
Садовой. Можно дойти пешком...
- А теперь, расскажите, как выглядела та собака, - попросил Ким.
Пес произвел на доктора большое впечатление. Он говорил о нем почти десять минут
без перерыва.
В машине Ким в первую очередь снесся по сотовому телефону с полцией, "Амбуланс"
и филиалом Управления. Никого, кто соответствовал бы приметам Леона Файоля,
стажера Министерства Туризма среди угодивших в здешнюю "скорую помощь" на
предмет укушения собаками, не числилось. Среди пятидесяти четырех потерянных и
"неустановленных" собак, содержавшихся в трех "накопителях" столицы, ни одна не
соответствовала описанию четвероногого друга Торвальда Толле. Пожав плечами, Роше
молча
тронул кар с места и покатил в сторону Малой Садовой.
Высоко в небе тучи начали подсвечивать молнии. Сначала редкие, потом - все чаще и
чаще...
* * *
Молнии... Харр как завороженный смотрел на полыхающее небо Прерии. Наконец-то
хоть что-то, что напомнило ему родной Мир, явилось ему среди этой тоскливой и
странной путаницы, в которую он канул почти сразу после того, как покинул
пронизанное чужой, запредельной жутью нутро корабля. Здесь, в этом ненастоящем,
конфетном каком-то Мире, ему было не то, чтобы неуютно, нет -
не по-настоящнму здесь было все...
Совсем недавно возведены были эти стены, только что проложены были эти дороги, и
вовсе уж недоделанными стояли дома и пристроенные к ним кое-как подсобные хибары.
Временно все было в этом мире, зыбко...
И люди здесь были какие-то зыбкие, ненастоящие. Словно отбившиеся от Стаи
одиночки. Все были как тот чудак, что вез его в нелепой железной коробке от корабля -
сюда, в это скопище
вкривь и вкось наложенных кирпичей. От них пахло едой, пахло пустяшными, какими-то
тревогами, недоделанностью какой-то - как
и от всего этого Мира от них пахло. И нигде не было запаха Тора. Все здесь было
наскоро скроено, только что доделано. Словно только что закончился какой-то
