 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
грандиозный, веками длившийся ремонт, словно только что побросали жители этого
Мира свои мастерки и лопаты и решили наконец устроить себе отдых.
Отдых... Расслабленность. Они здесь сквозили во всем. Почти все люди,
встретившиеся ему, хотели спать. Никто не стоял на страже - даже те, у кого было
оружие. Поразительно - почти
никто из этих чудаков не был вооружен. И никто даже не пытался остеречься, поставить
вокруг себя защиту... Нет - они здесь все
были словно раздетые - наивные и погруженные в какие-то свои, детские, по сути своей,
заботы. Беззащитные.
Именно беззащитность этого мира обескураживала Харра. Лишала его сил. И только
пляска огненных всполохов в небе дарила ему надежду.
Ладно. Все здесь не так, как у людей! Все здесь сиро и убого. Но все это не имеет
значения, потому что НИГДЕ НЕТ ПОДОПЕЧНОГО! Такое бывало с Харром только в
детстве - на
тренаже. Но сейчас это не могло быть просто очередным испытанием - НЕТ!
ПОДОПЕЧНЫЙ - тот самый сопливый мальчишка, с которым
Харр, тогда еще сам наивный щенок, делил и беду и радость и страх и надежду, тот
самый угловатый парень, с которым они вместе прошли нелегкую Тропу Испытаний, тот
самый железный, несгибаемый Гонец, с которым они пережили осаду Людей Тени в
Заброшенных городах, - он, его Подопечный, не мог просто так провалиться в
никуда! То, что Подопечного не хватились и не ищут по всему фронту этого Мира, не
гонят по его следам своих Псов, не знают ничего и ничем не тревожатся вообще, было
для Харра невероятно диким. И он растерялся. До сих пор он жил во Вселенной,
нанизанной на жесткую ось борьбы. Борьбы с жестоким миром Поверхности, борьбы с
Сумеречными Стаями, борьбы с Неправильными Стаями... Для него не было не могло
быть никого и ничего такого, что не вписывалось бы в эти жесткие координаты: или ты
свой и за своих расшибаешься в лепешку, или ты - опасный чужак. Но здесь
не было ни своих ни чужих. Здесь были только безразличные. Безразличные и
незнакомые друг другу люди. Это было поразительнее всего: здесь была прорва народу -
в домах, на улицах, в потешных
вагончиках монорельса и Бог весть где еще, и никто из них не знал других. Да и не
пытался узнать. А уж до Подопечного здесь и вовсе никому дела не было. И если кто и
замечал Харра, то только потому, что Псов здесь почти и не было и он был зрелищем
редким. Сначала Харру показалось, что здесь вообще нет собак, но вскоре понял, что
ошибается. Обоняние безошибочно подсказало ему, что четвероногие собратья на Прерии
- не редкость. Но вряд ли их
можно было назвать Псами.
И никто здесь не знал языка Стаи. Для того, чтобы выбраться из дурацкой клетки,
Харру пришлось взять под контроль того типа, что привез его в город. Вспоминать об
этом было ему неприятно -
не дело это, когда Пес без разрешения берет под контроль незнакомца. Тем более, когда
этот незнакомец - из тех, кто в
этом Мире хозяева... Нехорошо вышло, но верх взяла охватившая Харра тревога за
Подопечного. Уже в пути он понял, что допустил страшную ошибку, дав отделить себя от
него. Особенно - после
того, что случилось там - в полете... И когда оказалось, что Подопечного нет в том месте,
куда его должны были доставить значительно раньше, Харр не стал ждать. Он был полон
решимости хоть под землей найти Тора - найти и спасти от того, что шло за
ними по пятам от самого Чура и, видно, настигло-таки их здесь.
Решимость эта сохранилась, но вот силы... Этот наполненный сонной бестолковщиной
Мир был гигантским энергетическим вампиром. Первое столкновение с этой нелепой
реальностью обескуражило, обессилило Харра. А тут еще все эти, испуганно глазеющие
