 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
что Морэм имел в виду нечто другое.
Беседа закончилась, и Лорды вернулись к своим ранихинам. Вскоре вся компания снова
была на дороге и следовала за Кавинантом по направлению к Ревлстону.
Весь остаток дня Трой был слишком встревожен реакцией Лордов на рассказ
Кавинанта, чтобы расслабиться и наслаждаться поездкой. Но на следующий день он
нашел способ облегчать свое смутное огорчение. Он стал подробно представлять себе, как
движется Боевая Стража: Стражи Крови мчатся на ранихинах вместе с Лордом
Каллендриллом, конные Боевые Дозоры плывут на плотах, а некоторые уже и скачут
галопом, а пешие воины маршируют вслед за Аморин. На той карте, которую он
мысленно представлял себе, движение этих отдельных частей войска имело обдуманную
симметрию, что его очень радовало. От этого он начинал чувствовать себя лучше.
Тротгард тоже помог ему в этом. К югу от каменных садов почвенный покров земли
стал толще и более плодородным, так что холмы, через которые ехала компания, уже не
изобиловали голыми камнями, выступающими среди травы и цветов. Вместо этого
регулярно попадались рощицы и полоски леса, усеивающие склоны и живописные
долины и долы. Под ясным небом среди бальзамических ароматов осеннего Тротгарда
Трой позабыл свои неопределенные мысли о Кавинанте словно плохой сон.
В окружавшем его покое даже проблемы коммуникации его армии беспокоили его не
так сильно. По части этого он был даже более озабочен невозможностью отправить
сообщение Кеану, чем своим неведением относительно судьбы миссии Корика. Но он
находился на пути в Ревлвуд. Высокий Лорд Елена обещала ему, что лосраат работает над
этой проблемой. Он с надеждой смотрел вперед, ожидая, что Изучающие раздела Посох
найдут для него решение.
В этот вечер он наслаждался разговорами и песнями Лордов у лагерного костра. Морэм
молчаливо удалился со странным предчувствием в глазах, а Кавинант молчал, угрюмо и
сердито глядя на угольки костра. Но Высокий Лорд Елена была в хорошем возбужденном
состоянии духа. Вместе с Аматин она распространяла хорошее настроение на всех, пока
даже мрачные Хранители Учения не развеселились. Трою казалось, что она никогда
раньше не выглядела такой жизнерадостной.
И все же в темноту своего ложа он вернулся с болью в сердце. Для него было
невыносимым, что Елена демонстрировала свое великолепие не ради него, а ради
Кавинанта.
Он уснул сразу же, словно бы для того, чтобы избежать невозможности видеть. Но в
самое темное время безлунной ночи его вдруг разбудили резкие голоса и цоканье копыт.
Сквозь нечеткий след отблесков костра он увидел Стража Крови на ранихине, стоящего в
центре лагеря. В холодном воздухе от ранихина шел пар. Он скакал галопом, чтобы
догнать Лордов.
Первый Знак Морин и Лорд Морэм уже стояли около ранихина, Высокий Лорд
торопилась со своего ложа, а за ней и Лорд Аматин. Трой бросил в костер связку лучин
для растопки. Ярко разгоревшийся ненадолго огонь костра позволил ему лучше
рассмотреть Стража Крови.
На его лице были ясно заметны следы тяжелого сражения, он медленно спешился,
будто устало и неохотно.
Трой почувствовал, что его равновесие внезапно пошатнулось, как если бы ветвь древа
его забот о Стране, на которой он стоял, затряслась под его ногами. Он узнал Стража
Крови. Это был Ранник, один из участников миссии Корика в Прибрежье.
Глава 14. Рассказ Ранника
В течение какого-то мгновения Трой пытался за что-нибудь ухватиться, чтобы вернуть
равновесие. Раннику не следовало быть здесь. Прошло слишком мало времени. Со
времени отбытия миссии Корика прошло только двадцать три дня. За это время даже
