 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
кипеть. В беспорядочном движении появились сгустки крови и куски черной плоти. От
течения стал подниматься пар. Глубоко в водах Теснистого Протока были слегка заметны
вспышки голубого огня.
Затем землю сотряс громовой удар. Река в муках зашипела. И густота воздуха
развеялась. Ее вымыло, как будто бы смыло Сарангрейвом.
Стражи Крови знали, что Серрин мертв.
На поверхность выплыл лишь один знак борьбы Лорда Шетры. Первым это увидел
Пориб и нырнул в реку забрать его. В молчании он вложил его в руки Лорда Гирим -
посох Лорда Шетры.
Между окованными металлом концами он был весь изъеден и прожжен. Когда Лорд
Гирим схватил его, он сломался как лучинка.
Лорд освободился из рук Силла и сел у дерева. По его щекам открыто бежали слезы, он
прижимал к груди обломки посоха Лорда Шетры.
Но опасность вовсе не была уничтожена. Верный своей Клятве, Корик сказал Лорду: -
Подстерегатель не погиб. Он только отбит здесь. Мы должны пробиваться дальше.
- Дальше? - спросил Гирим. - Пробиваться? Шетра мертва. Как я могу идти дальше? Я с
самого начала боялся, что ваша Клятва и была тем голосом, который слышит зло
Сарангрейва. Но я ничего не сказал. - В его словах была горечь. - Я надеялся, что вы бы
сказали об этом, если бы мои опасения были справедливы.
И снова Стражи Крови не ответили. Они не могли точно без ошибки или сомнения
сказать, что Подстерегатель был настороже именно из-за их присутствия. А такая
обильная демонстрация силы могла на самом деле быть вовсе не тем, чем казалась. Из
уважения к горю Лорда Стражи Крови оставили его в одиночестве, а сами в это время
занялись подготовкой плота к дальнейшей дороге.
Стражи Крови смогли спасти шесты и пищевые запасы, большую часть клинго и
прутьев лиллианрилл, но ничего из одежды и одеял. Сам плот остался целым.
Затем Корик обратился к Раннику, Прену и Порибу, обязав их донести сообщение от
миссии Высокому Лорду Елене. Все трое приняли задание без вопросов, но прежде чем
отправиться в поход на запад подождали пока миссия не продолжит путь.
Когда все было готово, Корик и Силл подняли под руки Лорда Гирима и понесли его
как ребенка к берегу, к плоту. Он выглядел так, будто ему было очень плохо. Видимо, та
вода, которой он наглотался, вызвала болезнь. Когда Стражи Крови столкнули шестами
плот в течение Теснистого Протока, он пробормотал самому себе: "Это не конец. Чтобы
окончательно усмирить тебя, еще будут боль и смерть. Гирим, сын Хула, ты трус". Затем
миссия отплыла. Ранник, Прен и Пориб отправились вместе обратно, через заросли
Сарангрейвской Зыби.
Костер превратился в угольки, и без его света Трой не мог ничего видеть - ничего, что в
его воображении могло бы противостоять образам смерти и горя. Он знал, что ему
следовало бы сейчас задавать Раннику вопросы, но в обступившей его темноте все они не
казались ему важными. Он был обескуражен тем, что гибель Шетры произошла уже
десять дней назад; она казалась ему слишком недавней для такого отрезка времени.
Рядом с ним тихо сидели Лорды, как будто они были оглушены или подавлены; и
Кавинант молчал - слишком взволнованный, чтобы говорить. Но через некоторое время
Елена сказала с дрожью взволнованности в голосе: - Ах, Вереминт! Как ты перенесешь
все это? - Были видны только ее глаза, как угольки догорающего костра. Темнота была как
бы сфокусирована на них, и в них сверкало выражение непримиримой угрозы.
Вскоре Морэм тихо запел:
~Смерти приход прокладывает дорогу Новой жизни, и дает время для жизни. Питай
ненависть к умертвлению
