 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Западных гор и присоединялась к реке Мифиль в нескольких десятках лиг отсюда в
направлении Анделейна. Старые легенды гласили, что там, где река Черная вырывалась
из-под большого утеса Расколотой Скалы, восточного основания великого Меленкурион
Скайвейр, ее вода была такой же красной, как чистая кровь сердца. Проверить это было
невозможно, потому что река эта вырывалась из Расколотой Скалы посреди Дремучего
Удушителя, и перед тем как она проходила через край Последних Холмов и уходила к
Равнинам, она пересекала подножие Виселичной Плеши, старого места казней
Защитников Леса. Вода, которую Боевой Страже пришлось перейти, была буро-черной,
словно полной странного осадка. За всю историю Страны между Последними Холмами и
рекой Мифиль через Черную никогда не было моста или брода. Река просто смывала
последствия любых усилий проложить путь через нее. У воинов не было выбора. Только
вплавь.
Перебравшись на южный берег, воины стали выглядеть еще более истощенными, будто
какая-то существенная часть их жизненной силы была высосана из их костей текущим
темным голодом.
Но они все еще шли. Вомарк руководил их продвижением, и они шли. Однако сейчас
они двигались как разбитые опустевшие корабли, ведомые обессиленным ветром над
бездорожными саргассами Южных Равнин. Временами казалось, что только одинокий
огонь воли Троя держит их, запинающихся, заставляя с трудом и старательно перебирать
ногами.
А в Южных Равнинах еще одна трудность подстерегала их. Здесь поверхность земли
стала грубее. На юго-западной оконечности Центральных Равнин только толстая кривая
линия Последних холмов отделяла Дремучий Удушитель от Равнин. Но к югу от реки
Черная эти холмы становились горами - перекошенный горный клин изрезанных вершин,
кончик которого был возле реки, восточный угол - около бутылочного горла Рокового
Отступления, а западный угол в Кравенхоу, где Дремучий Удушитель открывался в
Южные Пустоши в сорока лигах от Рокового Отступления. Линия марша Боевой Стражи
заходила все глубже и глубже в грубые земляные холмы, окружавшие эти горы.
После двух дней преодоления этих холмов воины выглядели как вернувшиеся с того
света. Они еще не очень отставали от требуемого темпа, но ясно было, что это только
вопрос времени, что скоро они начнут падать прямо на ходу.
Как только солнце стало садиться, затуманивая видение Троя, вомарк принял решение.
Состояние воинов щемило его сердце; он чувствовал, что армия достигла своего рода
кризиса.
Боевая Стража была все еще в пяти днях от Рокового Отступления, в пяти ужасных
днях. И он еще не знал, где был Кеан. Без некоторых знаний о расположении хилтмарка и
общего положения, некоторых знаний об армии Фаула, Трой не мог подготовиться к тому,
что лежало впереди. И его армия казалась более уже не способной к каким-либо
приготовлениям. Для него настало время действовать. Хотя Боевая Стража была все
еще в лиге от предусмотренного на этот день конца продвижения, он остановил армию
для привала на ночь. И пока воины заботились о разбивке лагеря, он отозвал Морэма в
сторону. В затуманенности он мог с трудом различать фигуру Лорда, но
сконцентрировался на нем со всей решимостью, старанием перенести на Морэма
напряженность своей мольбы.
- Морэм, - вздохнул он, - есть ли хоть что-то, что ты можешь сделать для них? Что-
нибудь, что ты можешь сделать своим посохом, или спеть, или положить в пищу, хоть
что-то. Это надо сделать!
Лорд Морэм пристально посмотрел на вомарка. - Возможно, - сказал он через
мгновение. - Есть одна помощь, которая может иметь некоторый эффект против касания
реки Черной. Но я был не склонен воспользоваться ею сейчас, ибо, однажды сделанное,
это не может быть сделано снова. Мы все еще в долгих днях от Рокового Отступления - и
в сражении нужда воинов в силе может быть более велика. Нельзя ли сохранить эту
