 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
схватил Морэма за запястье, чтобы успокоиться: - О, милый Иисус! - прошептал он. - Это
единственный шанс!
- Говори!
- Это единственный шанс, - повторил Трой изумленным тоном. - Иисус! - С усилием он
сконцентрировал свое внимание на Морэме. - Но это придется сделать тебе.
- Тогда я сделаю это. Только скажи мне, что должно быть сделано. В течение длинной
паузы сладкое чувство временного облегчения захватило Троя, перевешивая
необходимость действовать, почти ошеломляя его. Его армия идет, чтобы получить
основательную трепку, - прошептал он самому себе. - Боже! Она идет, чтобы получить
основательную трепку. - Но настойчивая хватка Морэма держала его. Говоря медленно,
чтобы дать самому себе собраться с мыслями, он сказал: - Тебе придется сделать это.
Другого пути нет. Но вначале ты пошлешь сообщение Каллендриллу или Вереминту.
Пронзительный взгляд Лорда Морэма изучал Троя. Затем Морэм помог вомарку крепче
встать. После этого Лорд спокойно спросил: - А жив ли Каллендрилл или Вереминт?
- Да. Я видел огни их посохов. Можешь ли ты достичь их? У них нет никакого прута
Высокого Дерева.
Морэм мрачно улыбнулся: - Какое сообщение им передать? Теперь Трой смог
заставить себя посмотреть на Морэма. Он чувствовал странную уязвимость без своих
солнечных очков, как будто он подвергся посрамлению, даже стал вызывающим
отвращение, но он мог четко видеть Морэма. То, что он видел, убедило его. Глаза Лорда
светились опасной напряженностью, и кости его черепа несли оттенок упорства.
Контраст с его собственной слабостью унизил Троя. Он повернулся, чтобы снова оглядеть
сверху Равнины.
Тяжелое надвижение полчищ Лорда Фаула продолжалось как и раньше, и зрение
восстанавливало его панику. Но он держался за силу своего обязательства быть
командиром в этой войне, он схватился за нее, чтобы не подпустить страх. Наконец он
сказал: - Хорошо. Тогда пошли. Тулл, тебе следует вернуться в подкаменье. Возьми
ранихинов и возвращайся обратно к нам как можно скорее. У нас впереди долгий путь.
- Да, вомарк, - Тулл беззвучно покинул Смотровую.
- Теперь, Морэм. Ты подал правильную мысль. Аморин надо предупредить. Она
достигнет Отступления раньше Кеана, - ему пришло в голову, что Кеан может и не
остаться в живых, но он отогнал эту возможность. - Мне не важно, как она это сделает.
Она подготовит засаду к тому времени, когда прибудут всадники. Если же она не сделает
это... - он сжал челюсти, чтобы унять дрожь в голосе. - Можешь ли ты сообщить это? - Он
содрогнулся при мысли о плачевном состоянии воинов. После двадцатипятидневного
тяжелого похода они должны будут последние пять-десять лиг пробежать - и только для
того, чтобы узнать, что до отдыха еще далеко. Развернувшись кругом, чтобы смотреть
Морэму в лицо, он потребовал: - Хорошо?
Морэм уже достал ~ломильялор~ из своей одежды и привязал его к посоху поясом.
Когда он закрепил прут, то сказал: - Мой друг, ты должен покинуть Смотровую. Ты
будешь в большей безопасности внизу.
Трой уступил без вопросов. Он пристально посмотрел на армии еще раз, чтобы быть
уверенным, что правильно оценил их сравнительные скорости; затем пожелал Лорду
Морэму удачи и начал спускаться. Ступеньки казались ненадежными под его руками и
ногами, но он был уверен в присутствии Руэла прямо под собой. Вскоре он стоял на
уступе основания Смотровой и пристально смотрел в голубое небо по направлению к
Лорду Морэму.
После паузы, которая для быстротечного чувства острой настоятельности Троя казалась
чрезмерно длинной, он услышал обрывки песни с вершины башни. Песня витала в
воздухе, затем внезапно умолкла. Тут же пламя охватило пространство вокруг Лорда
Морэма, поглотило всю площадку Смотровой и наполнило воздух отголосками грома, как
будто сам утес издавал протяжный и невнятный визг. Это завывание резало уши Троя,
