 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Лорда.
Кавинанту не доставляли удовольствие чарующие беседы Амока. Но прошедшей ночью
он принял решение. Был некоторый риск в том, что он собирался сделать - это было
опасным действием, которое, он надеялся, позволит ему снова обрести целостность. До
того, как юноша успел начать говорить, Кавинант мысленно стиснул себя, чтобы сдержать
внезапно ворят, что Белое Золото повелевает Дикой Магией, которая разрушает мир. Но
кто в состоянии объяснить, что такое мир и что значит его разрушать?
Кавинант нахмурился. - Ты играешь словами. А я задал тебе прямой вопрос. Что ты
знаешь об этом!?
- Знаю, Носящий? Это слишком короткое слово - оно скрывает магнетизм своего
значения. Я слышал то, что уловили мои уши, и видел, то, что углядели мои глаза, однако
лишь только ты обладаешь Белым Золотом. Это ли ты называешь знанием?
- Амок, - Елена пришла на помощь Кавинанту, - Белое Золото в некотором смысле
вплетено в Седьмой Завет? Белое Золото - оно связано както с этим Заветом?
- О, Высокий Лорд, все вещи взаимосвязаны. - Юноше, казалось, нравилась своя
способность увертываться от вопросов. - Седьмой Завет может игнорировать Белое
Золото, и Носящий Белое Золото может быть не полезен для Седьмого Завета - тем не
менее оба есть могущество, то есть лишь разные формы и лица единого Могущества
Жизни. Но Носящий - не повелитель мне. Он кладет тень, но не затемняет меня. Я уважаю
то, что он несет, но моя цель от него не зависит.
Замечание Елены было произнесено сурово. - Тогда тебе не нужно было избегать его
вопроса. Скажи, что ты слышал или узнал относительно Белого Золота.
- Таков уж мой стиль разговаривать, Высокий Лорд. Носящий, слышал я много, а узнал
мало относительно Белого Золота. Шутливый парадокс Арки Времени, буйство,
положенное в основу создания Земли, несуществующая кость Земной Силы,
несокрушимость воды и текучесть скал. Все это - определения Дикой Магии, которая
разрушает мир. О ней мягко говорят брафоры и с благоговением отзываются элохимы,
хотя никогда не видели ее. Великий Келенбрабанал мечтает о ней в своей могиле, и
мрачные песчаные горгоны впадают в беззвучный кошмар при прикосновении ее имени.
Высокий Лорд Кевин в свои последние дни тосковал по ней, но безуспешно. Это -
одновременно и пропасть, и вершина судьбы.
Кавинант вздохнул. Он боялся, что такой ответ и получит. Теперь ему придется пойти
дальше, подтолкнуть вопрос прямо к краю своего страха. Растревоженный и
раздосадованный, он проскрежетал: - Этого достаточно, пощади меня. Только скажи мне,
как Белое Золото, - на мгновение он замолчал, но, вспомнив Лену, продолжил, - как
действует это проклятое кольцо?
- Ах, Носящий, - рассмеялся Амок, - спроси Солнцерождающее море или Меленкурион
Скайвейр. Спроси огни Горак Крембол или древесное сердце Дремучего Удушителя. Это
знает весь мир. Белое Золото приводится в действие, как и любая другая сила, страстью,
искренним порывом сердца. - Адский огонь, - прорычал Кавинант, силясь скрыть свое
утешение.
Ему было неприятно признаваться самому себе, как он был рад остаться
неосведомленным по этому поводу. Ибо эта неосведомленность была жизненно важной
частью его самозащиты. Пока он не знал как использовать Дикую Магию, его не могли
обвинить в ответственности за судьбу Страны. В тайной и предательской части своего
сердца он рискнул задать вопрос только потому, что верил, что Амок даст на него
неразоблачающий ответ. Теперь он почувствовал себя лжецом. Его попытка в целом
провалилась. Но чувства облегчения в нем было больше, чем отвращения к себе.
Это в некотором роде утешение позволило ему изменить тему, попытаться завести
нормальную беседу с Высоким Лордом. Он чувствовал себя так неловко, словно был
калекой. Он не беседовал так спокойно ни с кем с тех пор, как у него была обнаружена
проказа. Елена отвечала охотно, даже радостно; она приветствовала его внимательность.
