 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Благодаря этим мерам, мир погрузился для него в темноту.
Тайтус думал. Но вы, наверное, очень удивитесь, когда узнаете, что он думал не о том,
как выбраться из тюрьмы, и не о том, как показать себя на суде (если таковой будет)
наилучшим образом. Диг мысленно играл сам с собой в шахматы. Даже его совершенный
мозг, в миллионы раз превосходящий быстродействием самые лучшие электронные
устройства, не мог перебрать все возможные варианты, и поэтому Тайтус получал
немалое интеллектуальное наслаждение.
Глава 6. Тюрьма. День второй Хмурый надзиратель изо всех сил стучал металлической
дубинкой по прутьям решетки, вырывая заключенных из объятий сна, отказывая им в
праве восьмичасового пребывания в царстве грез. Энди был мрачен, как туча, так как
безжалостный стук прервал его свидание со столь милой его сердцу подружкой.
Надзиратель поставил каждому порцию вчерашней, а потому холодной пищи и, зевая до
хруста челюстей, отбыл.
- Благослови, Господи, наш завтрак! - провозгласил Гордон. После завтрака
неожиданно увели Ланга, Курц обеспокоено заметался по камере.
- Не беспокойся, Курц, Ланг тебя вытащит, - пообещал ему Алекс, запивая компотом
очередную таблетку, любезно предоставленную Гордоном.
Энди удивленно заморгал слипшимися после сна глазами. Алекс придвинулся к его уху
и негромко, но так, чтобы слышал и проявивший интерес Молчун, сказал:
- Вы разве не знаете, кто у Ланга мама? - и он поднял вверх указательный палец.
Но Курц не успокаивался. С безумным видом трайкера, у которого угнали
единственную жизненную ценность - трайк, он носился по камере взад и вперед своей
ковыляющей походкой (у трайкеров обычно были атрофированы определенные группы
мышц) и, наверное, свалился бы, в конце концов, в отверстие, запаха которого
мужественно старались не замечать. Этому помешала картинка из журнала, который
опять читал Гордон. Это была реклама сигарет, но на заднем плане виднелся ярко-
красный трайк, мчащийся на огромной скорости. Фотография была очень размазана, но у
Курца от восхищения перехватило дыхание. Он с быстротой хищника ринулся к патеру и
начал пожирать изображение глазами.
- Гордон, тебе очень нужен этот листок? Можно его вырвать? - от волнения у трайкера
даже подрагивали уши.
Патер Гордон сначала тщательно удостоверился, нет ли на обратной стороне страницы
необходимых ему картинок и лишь потом медленно, с глубоким чувством того, что
своими действиями спасает страждущую душу трайкера, торжественно выдрал лист.
Курц яростно схватил фотографию и, удалившись в один из углов камеры, начал
фанатично ее созерцать.
Вэйвер Пип открыл глаза и продекламировал:
- Коль хочешь грешникам помочь, дай им курнуть. А то не в мочь! - Канделябры, идите
дуйте в дырку! - замолотил кулаком по стене Орсон.
Курильщики: Энди, патер Гордон и Пип - по просьбе сокамерников сгрудились у
зловонного отверстия, патер извлек из плаща сигарету и спичку. Они закурили, по
очереди передавая друг другу сигарету и сплевывая в мерзкое озеро жижи.
- Интересно, - начал рассуждать вслух Энди, - если канализационная система сломается
и дерьмо уйдет, наверное, можно будет выбраться отсюда. Плечи легко пролезут...
- Хе, хе, хе, - хрипло засмеялся патер Гордон. - Если эта чертова система сломается,
уровень дерьма начнет повышаться, и нам будет вовсе не весело. Хотя, хе-хе, сначала
затопит карцеры...
<Диг!> - вспомнил Энди. В голове, прозрачной как стеклышко от пары затяжек,
возникла идея; он наклонился над отверстием и заорал со всей силы:
- Тайтус!!! Озеро дерьма заколыхалось, и из него показался белесый отросток с двумя
присосками на конце; Энди отпрянул. Червь, которого звали, очевидно, не Тайтус, легко
подпрыгнул и с плеском исчез в непрозрачной жиже.
