 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
- Ты, чертяка, - задыхаясь, выдавил из себя Мальвин, беспомощно дергаясь на
половике. - Откуда ты знаешь, что на волка магия не действует? - Один очень большой
джентльмен из подземного царства любезно намекнул мне, - отвечал Джим. - Кстати, как
насчет нашего освобождения?
- Не раньше, чем я увижу тебя на костре у Вельзевула! - огрызнулся Мальвин.
- Освобождай их, - почти шепотом предложил ему Арагх, - или умрешь. Джим
почувствовал, что заклятие спало с него. Он снова мог двигаться и мельком заметил, что
его товарищи свободны.
- Что ты плетешь о подземном царстве? - злобно спросил Мальвин. Лежа на ковре, он
вел себя так, точно стоял на ногах. - Только Каролинус мог надоумить тебя, что мои
заклинания не оказывают воздействия на животных.
- Я узнал это не от Каролинуса, - сказал Джим. - По правде сказать, он предоставил
мне обучаться самостоятельно.
Во время их разговора Джим не переставал, однако, напряженно соображать. Мальвин,
висевший на волоске от гибели, был подобен шашке динамита, готовой взорваться в
любой момент, стоит Арагху ослабить хватку. Нужно было найти способ обезвредить
злодея. Но обычные методы здесь не годились. Его нельзя было, к примеру, просто
связать. Он мгновенно сбросит любые путы.
Нет смысла запирать его в шкафу или делать что-нибудь в таком же роде. Джим мог
побиться об заклад, что Мальвин выпутается, даже если его сбросят в море с обрыва.
Тут Джим вспомнил, _ч_т_о_ недавно помогло им спастись. Это были слова короля
мертвых, из которых следовало, что люди и животные принадлежали как бы к разным
епархиям. Благодаря этому представители животного царства обладали особым
иммунитетом против человеческого колдовства. Джим твердо знал, что в борьбе с теми,
кто избрал магию, нужно использовать любой шанс, любую, даже самую слабую надежду.
Это уже выручило его, когда он догадался окрасить в красный цвет заколдованные места.
Самое большое, что можно было сделать для обычных людей, это предупредить их о
том, что они столкнулись с магической силой. С животными дело обстояло иначе. У них
не было способов защиты, но они имели сильное предубеждение против людей, которые
загоняли их в ловушки и охотились на них. Это предубеждение и делало их неуязвимыми
для чар, решил Джим. Он рискнул поставить на это и выиграл. Авантюра удалась.
В тот же момент еще одно воспоминание зашевелилось у него в голове. Мелюзина,
бросившаяся в его объятия с криком о своем одиночестве. Видение промелькнуло, как
тень, но Джим поспешно написал на внутренней стороне своей лобной кости:
ВОДА / ЖЕЛУДОК МАЛЬВИНА -> КОНЬЯК
Он снова рисковал. Мальвин не мог непосредственно прочитать содержание
мысленных магических команд другого волшебника, хотя и знал, что они отдавались. На
этом Джим и решил сыграть.
Мальвин расхохотался на своем половике.
- Не хочешь ли ты угостить меня своей магией, молокосос? - сказал он. - Поверь, у
тебя ничего не выйдет. Как только я пойму, что ты затеял, все твои чары пойдут прахом.
- Может, и так, - отвечал Джим. - Поживем - увидим. А пока не будешь ли ты любезен
показать нам самую прямую и самую тайную дорогу из твоего замка?
Мальвин снова дико захохотал. - Почему это дитя настолько не в своем уме, что
думает, будто я исполню любое его желание? - произнес он.
- Видимо, все-таки придется тебя убить, - заключил Арагх. - Ни-ни, - поспешно
заметил Мальвин. - А впрочем, дважды этот фокус вам не удастся. Убей меня за то, что я
не хочу отвечать на твой вопрос, и ты будешь иметь очень большие неприятности. Такие
неприятности, от которых даже твой великий учитель не сможет тебя избавить. Самое
большое, что ты можешь сделать с помощью своей зверюги, которая, кстати, скоро
раздробит мне все кости своей тяжестью, это удержать меня на время от дальнейших
