 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
визгливо причитать:
- Это несправедливо! Несправедливо! - кричал он неестественно высоким для дракона
голосом. - И все потому, что ты крупнее меня! А я сражался целых два часа, и она раз
шесть едва не сбежала. Впервые за несколько месяцев на болота забрела еда таких
габаритов, и вот... все прахом... Ты, ты отнимаешь мою добычу. Ведь не нужна она
такому упитанному и сильному! А я голоден и немощен...
Джим растерянно заморгал. Он посмотрел на дракона, затем перевел взгляд на то, что
лежало перед ним в траве: туша старой, тощей коровы, уже изрядно покусанная, с
переломленной шеей. Джим уставился на дракона и тут впервые понял, что перед ним
изможденное, в половину его размера существо, находящееся на грани смерти от
истощения...
- Где ты, удача? - стенал дракон. - Стоит мне поймать приличную добычу, кто-нибудь
моментально отнимает ее. А что остается мне? Одна рыба...
- Замолчи! - рявкнул Джим. - Рыба, рыба, рыба! Холодная рыба, чья холодная кровь
не прибавляет сил моим костям.
- Обожди, говорю! Заткнись! - скомандовал Джим, включив на полные обороты
голосовые связки.
Драконьи жалобы прекратились моментально, как будто "тощий" был музыкальным
автоматом, которому за ненадобностью отрубили питание.
- Да, сэр, - смиренно произнес он.
- О чем ты говоришь?! - рассердился Джим. - Я не собирался отнимать у тебя корову.
- Нет, сэр, - ответил дистрофик и покатился со смеху, нарочито показывая, что его
можно обвинить в любых грехах, но только не в отсутствии чувства юмора.
- Да нет же.
- Хе-хе-хе, - заливался коротышка. - Какой же вы шутник, ваша честь. - Черт побери!
Я говорю серьезно! - рявкнул Джим, отходя в сторону от туши. - Ешь! Я принял тебя за
другого.
- Не хочу, сэр. Я не голоден. Чистая правда! Я пошутил, что голоден. Чистая правда,
что пошутил!
- Обожди, - рявкнул Джим, хватая под уздцы заново разгорающийся гнев. - Как твое
имя?
- Ну... - промямлил коротышка. - Ну оно не стоит того, чтобы хвалиться перед вами.
- Назови СВОЕ ИМЯ! - Секох, Ваше Святейшество! - в страхе тявкнул дистрофик. -
Просто Секох. Я ничтожный дракон, Ваше Высочество. Маленький, ничтожный водяной
дракон.
- Тебе не в чем меня убеждать, - хмыкнул Джим. - Верю без слов, Секох, - он махнул
лапой на корову, - рубай. Мне эта дохлятина до фонаря. Если мне что и надо - кой-какая
информация об этой местности, о ее обитателях. Надеюсь, ты подскажешь мне, куда
лететь, а?
- Ну... - начал увиливать Секох; в течение разговора он потихоньку подгребал вперед, а
теперь решительно переместился к туше убитой им коровы. - Простите мои манеры, сэр.
Я простой водяной дракон... - И он с неистовой жадностью набросился на тушу.
Сначала Джим почувствовал лишь сострадание: следует дать дракону спокойно поесть,
а затем уже расспрашивать его. Но, сидя и наблюдая, Джим почувствовал, как в нем
пробудился - и весьма активно - голод. Желудок внезапно громко заурчал. Глядя на
разодранную тушу коровы, Джим пытался убедить себя, что эта пища не соответствует
статусу цивилизованного человека. Сырое мясо дохлого животного: мертвая плоть,
старые кости, облезлая шкура...
- М-м, да, - промямлил Джим, придвигаясь поближе к Секоху и к корове; через минуту
он откашлялся: - Выглядит неплохо, надо отметить...
Желудок призывно заурчал. Очевидно, брюхо дракона лишено человеческой
щепетильности, которая нашептывала, что лежащая перед Джимом туша не пригодна в
