 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Джим нащупал в кармане камзола футляр, извлек из него палочку угля и поспешно
записал эти указания на крышке стола.
- Но вообще-то Энциклопедия Некромантии должна оставаться с тобой на всю жизнь -
какую бы долгую жизнь ты ни избрал, - заключил Каролинус. - Засим, прощай!
Он повернулся и гордо направился к дверям Большого Зала. Джим и Энджи поспешили
за ним.
Они нагнали мага на полпути к выходу. Несмотря на то что он был уже не молод и
выглядел довольно ветхо, Каролинус двигался с удивительным проворством. Он шел
широкими шагами.
- Ах, весна! - мечтательно сказал он, когда они появились по обе стороны от него. -
Всегда она была моим любимым временем года. В этот короткий период мои цветы
становятся еще красивее, да и время это лучше любого другого - клянусь Стрельцом!
Он шлепнул себя по лбу, не сбившись при этом с шага. - Эдельвейсы! - выкрикнул
волшебник. - Как же я не вспомнил об эдельвейсах? Единственные цветы, по которым я
скучаю больше, чем по остальным. Эдельвейсы. Да, я их должен добыть во что бы то ни
стало... Эдельвейсы, эдельвейсы...
Каролинус пропел последние слова хриплым неестественным голосом. - Прекрасные
цветы! Прекрасные! - продолжал он.
Они подошли к парадной двери. Джим толкнул рукой правую створку, та
распахнулась, и они вышли во двор. Втроем они подошли к подъемному мосту. Каблуки
звонко постукивали по доскам моста, когда они шли над рвом; туда сливались сточные
воды, и потому из рва исходило невыносимое зловоние, несмотря на все усилия Джима и
Энджи и приказы слугам. Джим и Энджи надеялись, что, продолжив углублять ров,
изменив направление стоков и предприняв еще кое-какие действия, можно будет добиться
успеха, и даже если купаться там будет нельзя, то хоть запаха не будет, Джим вновь
благословил титул могущественного мага, которым его наградила молва. Не будь его,
прислуга, засучив рукава, приготовилась бы к длительному сопротивлению тем
нововведениям, которые пытались ввести Энджи и Джим.
Как только они сошли с моста на мягкую весеннюю землю, немного, правда,
раскисшую и начисто лишенную травы на этом пятачке, шаги вновь стали неслышными.
- Ну, спасибо за гостеприимство. Рад был увидеть вас. Пожалуй, я просто
дематериализуюсь в свой коттедж - так получится быстрее. - Каролинус поднял руки до
уровня плеч и стал медленно вращаться, прямо у них на глазах превращаясь в маленькое
облачко тумана.
- Прощайте! - Даже голос его как бы затуманился: звук его казался слабее, будто маг
стоял куда дальше от них, чем это было на самом деле. - Ха! - воскликнул он.
Вдруг Каролинус перестал вращаться. Его тело уплотнилось, руки опустились по
швам, а голос, когда он открыл рот, обрел прежнюю громкость и четкость. Голубые глаза
впились в Джима.
- Я только что вспомнил, Джеймс, - сказал он, - зачем приходил к тебе. У короля
Иоанна французского есть весьма могущественный министр; зовут его Мальвин.
- Да? Мне это пригодится? - спросил Джим. - Возможно, - ответил Каролинус. - Он -
маг. Три А, правда, без плюса, я думаю. Владеет большим поместьем на Луаре под
Орлеаном. Будь благоразумен и держись от него подальше. Он превосходный магистр
свободных искусств. Великолепно владеет искусством чернокнижия. Просто блестяще! В
колледже мы звали его Вонючкой...
Джим вздрогнул. Впервые он услышал, что в этом мире существует какая-то школа,
пусть даже один-единственный колледж.
- Мерзкое насекомое! - Каролинус взмыл в воздух. - Никогда терпеть его не мог!
Остерегайся его!
Он снова поднял руки, стремительно закружился в тумане и исчез.
